Последний русский. Роман

Посреднические комбинации и возможные выгоды меня действительно не интересовали. Если и были какие-то планы на автомобиль, то совершенно иного свойства.

– Надо же, какой исключительный человек! – покачала головой Луиза.

Никак я не мог привыкнуть к ее странной манере общения. Она держала себя так, словно между нами существовали какие-то особые интимные отношения. Что ж, ради такой девушки можно было бы на время и прервать уникальный эксперимент с воздержанием.

– Ну так что? – спросила она. – Может, все-таки зайдешь на 12-й? Что-нибудь новенькое придумаем.

Не знаю, что такое этот ее сеанс виртуальной оргии, но я расценил это как недвусмысленное обещание. Стоило мне только захотеть, только руку протянуть, и я мог познать женщину. Да еще в лице такой обольстительной девушки, как она. Мечтая о женщине, я воображал себе, как бы мне поцеловать у нее ручку, ножку, мне этого было более, чем достаточно.

Ее глаза блестели. Припомнились уверения Павлуши, что, якобы, по собственному же ее залихватскому выражению, художница по целым суткам способна находиться в возбужденно-горячечном состоянии. В желудке исключительно сперма, в венах алкоголь. Павлуша мог и присочинить… Вообще это было забавно.

– Неужели опять откажешься? – улыбнулась Луиза, потрогав пальцами мое плечо. – Теперь она внимательно взглянула мне в глаза.

– Неужели?

– Так пойдем? – уже нетерпеливо повторила она.

– Я и не думал отказываться.

Пожалуй, я принял решение с самого начала. Что толку себя обманывать? И, едва я только это сообразил, захлестнуло радостное возбуждение – словно в предвкушении праздника.

– Тогда пошли, Сереженька, – поторопила она. – К тому же, компанию нельзя надолго оставлять. Не то они всю квартиру вверх дном перевернут…

Она свистом подозвала собаку, и мы втроем отправились на 12-й.

Кстати, «облавщиков» в подъезде не оказалось. Хорошо бы, если они еще и кастрюлю вернули.

* * *

Первый, кто нас встретил на 12-ом, – двухметровый Эдик, не по летам развитый (физически), генеральский сынок, без шеи.

– А я уж хотел бежать за тобой вниз, Луиза! – с упреком воскликнул этот переросток, – Почему так долго?

Все равно еще ребенок. Трудно поверить, что ему шел только-то тринадцатый год.