Z: Квази. Кайнозой

– Личный помощник Представителя решил эмигрировать в человеческие края? – с сомнением спросил я.

– Найд. Я не уверен, что ему правильно жить среди нас.

– О как. – Я покосился на Михаила. – Почему?

– Он воспринимает кваzи как единственно правильную форму жизни. Как высшую расу. А обычных людей – как неполноценных существ. Пока это каким-то образом укладывается у него в голове, но начнётся подростковый возраст, и всё станет совсем плохо. У нас были случаи… дети, выросшие среди кваzи, кончали с собой, чтобы восстать в правильном, как они считали, виде.

– И тебя это пугает?

– Конечно. Человеческая жизнь отлична от нашей, но она имеет и свои недостатки, и свои преимущества. Вы слабее нас. Часто тратите время на ерунду. Но зато способны заниматься чем угодно, пробовать и искать, менять свой род занятий, взгляды и убеждения. Мы не меняемся. Я буду рад, когда Найд станет кваzи, но пусть вначале он проживёт свою человеческую жизнь. Поймёт, что ему нравится, чем он станет заниматься вечность.

– Вечность, – презрительно сказал я. – Не уверен, что Вселенная с тобой согласна.

– Ну разумеется, мы тоже конечны, – легко согласился Михаил. – Может быть, и у нас есть срок жизни, просто он очень долог. А если даже и нет, то нас можно убить. Рано или поздно какой-то несчастный случай подстережёт каждого. Но с точки зрения обычного человека мы бессмертны.

– Потому что уже мертвы.

Михаил помолчал, потом кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

– Да. Клетки нашего тела видоизменились.

– А сейчас есть?

– Конечно. Кваzи. Кваzи-жизнь.

Я не стал спорить. В чём-то он был прав.

– Ну, это хороший поступок, – сказал я. – Правильный. То, что ты хочешь поселить мальчишку среди людей. Ты ведь в какой-то мере жертвуешь собой, своей карьерой.

– Ненадолго, – ответил Михаил. – Сколько я ещё ему буду нужен? Ну пять лет. Ну десять. А дальше он сам выберет, где и как ему жить.

– Гормоны подскажут, – усмехнулся я.

– Да, это тоже было доводом, – сказал Михаил. – Я заметил, что он начал заглядываться на девочку, живущую по соседству.

– На кваzи? – воскликнул я с содроганием.

– Да. Она его ровесница… в каком-то смысле.

– Это отвратительно, – сказал я.