Холодные звезды (сборник)

– Выбирайся… выбирайся… – прошептал я.

Десять секунд. Я еще голоден.

Не знаю как, но я ухитрился выдержать эти секунды, пока куалькуа извлекал из тела Гибкого необходимые ему вещества.

И лишь увидев, что тяжи втянулись в меня, я повернул голову набок и меня вырвало – одной желчью.

– Ник! Ник!

Агард топтался у периметра, не решаясь переступить черту.

– Ник!

Я встал, шатаясь подошел к Тику и Клею. Паренек был уже мертв. Его ватник был разорван на груди, и огромная рваная рана дымилась на морозе.

А Клей еще дышал. Он дополз до своего возлюбленного и схватил его за руку. Снег под ним подтаял от хлещущей крови, и я был рад, что бывший Наставник лежит на животе и мне не видно его ран.

– Зачем? – прошептал он.

Я опустился на колени. Пахло кровью. На холоде запах был пронзительно силен, и меня снова начало подташнивать.

– Зачем… вмешался? – повторил Клей.

– Хотел помочь, – произнес я ту единственную нелепость, которая была правдой.

– Зря… дурак… регрессор…

Последняя искра жизни мелькнула в его глазах, и он добавил, словно плюнул:

– Чей ты… регрессор?

Я встал.

Отвечать уже было некому.

– Ник, Ник! – кричал из-за периметра Агард. – Ник, обернись!

…От всех вышек скользили в нашу сторону, мчались, плыли в снегу Гибкие.

– Уходи, Ник! Беги! – Агард нелепо размахивал руками. Он словно забыл собственные слова о том, что Гибкие куда быстрее и выносливее людей.

Я медленно подошел к нему.

– Спасибо тебе, Тараи, – сказал я. – Не бойся за меня.

Старый историк всхлипнул. В руках он сжимал лопату. Неужели собирался ринуться в драку? Несмотря ни на что?

– Убьют, убьют тебя, парень, – прошептал он.

– За что тебя загнали сюда, Тараи? – спросил я.

– Да какое это… – Агард в немом возмущении затряс головой. Но я ждал. – Я отыскал архивы Рига-вонючего! Да, он погасил чумную пандемию! Только вначале он ее сам инициировал! Снабдил Наставников лекарством… и возбудителем!

Почему я не удивлен?

Слишком уж невнятно история геометров рассказывает о человеке, спасшем их мир.

– Прощай, Агард, – сказал я. – Держись. Может быть… еще что-то изменится.

Он воинственно вскинул лопату. В глазах его сверкнуло безумие.

– Мы… мы вместе.

Я покачал головой.

Куалькуа, начинай боевую трансформацию.