Дозоры: Последний Дозор. Новый Дозор. Шестой Дозор

Рубашке было, пожалуй, лет двадцать или тридцать. Сам Афанди оказался гладко выбритым (впрочем, судя по клочкам газетной бумаги, которыми были залеплены порезы на подбородке, это стоило ему немалого труда) и плешивым стариком лет шестидесяти. Окинув одобрительным взглядом стол, Афанди прислонил к косяку длинную метлу и бойко подскочил ко мне.

– Здравствуй, уважаемый! Да будет твоя Сила прибывать, будто пыл юнца, раздевающего женщину! Да достигнет она второго уровня и даже первого!

– Афанди, наш гость – Высший маг, – заметила Валентина Ильинична.

– Молчи, женщина! – отпуская мою руку и усаживаясь за стол, произнес Афанди. – Неужели ты не видишь, как споро исполнилось мое пожелание и даже было превзойдено?

Дозорные засмеялись. Впрочем, совершенно не обидно. Афанди – я просканировал его ауру и понял, что старик находится на самом низком уровне Силы, – был в самаркандском Дозоре за шута. Но за любимого шута, которому и любую глупость простят и которого в обиду никому не дадут.

– Спасибо на добром слове, отец, – сказал я. – И впрямь – твои пожелания сбываются быстро.

Старик закивал, с удовольствием забрасывая в рот половинку персика. Зубы у него были отличные – если за внешностью он не следил, то такому важному органу явно придавал большое значение.

– Тут одни молокососы, – пробормотал он. – Уверен, они даже не смогли принять тебя как следует. Как тебя зовут, добрый человек?

– Антон.

– Меня зови Афанди. Это значит – мудрец. – Старик обвел дозорных строгим взглядом. – Если бы не моя мудрость, давно бы уже силы Тьмы, да засохнут они в корчах и сгорят они в аду, выпили их маленькие сладкие мозги и сжевали большие жилистые печенки!

Нодир с Тимуром захохотали.

– Почему печенки жилистые, я понял, – разливая коньяк, произнес Нодир. – А почему мозги сладкие?

– Да потому, что мудрость горька, а глупость и неведение – сладки! – опрокидывая вслед за персиком бокал коньяка, произнес Афанди.

– Что? – Тимур, собиравшийся закусить коньяк виноградом, вопросительно посмотрел на Афанди.

– Нельзя закусывать коньяк виноградом!

– Почему?

– Это то же самое, что варить козленка в молоке его матери!

– Афанди, только евреи не варят козленка в молоке!

– А ты варишь?

– Нет, – растерялся Тимур.