Дозоры: Последний Дозор. Новый Дозор. Шестой Дозор

И Тимур, и Нодир теперь выглядели не то чтобы огорченными, но смущенными. Валентина Ильинична покачала головой.

– Кажется, я вас расстроил? – поинтересовался я. Распитая вместе бутылка вынуждала к откровенности. – Объясните, в чем дело? Почему вы так относитесь к Алишеру? Из-за того, что его отец – девона?

Дозорные переглянулись.

– Дело не в том, кто его отец, – сказала Валентина Ильинична. – Он хороший мальчик, Алишер. Но он… очень резкий.

– Разве?

– Возможно, он изменился в Москве, – предположил Тимур.

Я задумался. Конечно, в нашем Дозоре Алишер всегда предпочитал работать на улицах. Патрули, стычки, задержания – мало что обходилось без него…

– Ну… у нас это как-то более естественно, – сказал я. – Москва – большой город, жизнь напряженнее. Но Алишер очень скучает по родине.

– Нет, мы рады, конечно же! – спохватилась Валентина Ильинична. – Так давно Алишера не видели. Правда, мальчики?

«Мальчики» с наигранным энтузиазмом согласились.

– А скоро подойдет Афанди? – спросил я, уводя разговор с неловкой темы.

– И впрямь, – забеспокоилась Валентина Ильинична. – Уже третий час…

– Так он давно пришел, – снова откликнулся с кухни Мурат. – Ходит по двору с метлой, я его в окно вижу. Наверное, решил, что его попросят плов готовить…

Нодир быстро прошел к двери, позвал:

– Афанди! Что ты делаешь?

– Двор мету, – с достоинством отозвался пятый сотрудник самаркандского Дозора.

Нодир повернулся, виновато развел руками. Снова позвал:

– Афанди, заходи, у нас гость!

– Знаю, что гость. Потому и мету!

– Афанди, но гость уже в доме! Зачем же ты убираешь на улице?

– Э, Нодир! Не учи меня, как принимать гостей! Когда гость еще на улице – все убирают в доме. А если гость в доме – то надо прибирать на улице!

– Как хочешь, Афанди! – посмеиваясь, сказал Нодир.

– Постой, Нодир! – встревоженно отозвался Афанди. – Неуважением к гостю будет не покушать с ним за одним столом!

Через мгновение Афанди уже стоял в дверях. Выглядел он донельзя нелепо. На ногах – расшнурованные кроссовки, из одежды – подпоясанные советским солдатским ремнем синие джинсы и белая нейлоновая рубаха с разномастными пуговицами. Нейлон – материал прочный.