Первые первой цепочки

Я, конечно, расстроился, так как уже успел привыкнуть к нашим встречам по выходным, да и перспективка самостоятельной уборки в квартире была не самой радостной. С утра и под испорченное настроение я этим заниматься был категорически не готов, поэтому отложил решение вопроса на первую половину дня, правда, без конкретики по часу.

Воды на кружку кофе в чайнике ещё набиралось, но по утрам мне одной не хватает, поэтому я обычно выпиваю две. Весомого повода для нарушения этой вредной традиции не наблюдалось, и, умывшись, я с пустой бутылью вышел из дома.

Наш водоналивной киоск был всё ещё зачем-то опечатан, и мне пришлось топать до его ближайшего клона в соседнем квартале. Не скажу, что бы я ждал повторения вчерашнего сюрприза, но все равно внутренне напрягся, когда киоск открывал своё водоносное дупло. Но нет, на этот раз всё прошло в штатном режиме, как и должно было быть. С моей сотки автомат выдал положенную мелочь, и я с пятикилограммовым утяжелением (чем не утренняя зарядка?) встал на обратный путь.

По дороге домой я слегка покачивал бутылью, перекладывая её справа налево и обратно, чтобы разогнать кровь в затёкших после сна руках и плечах. Это несложное упражнение дало микрозаряд бодрости, и мне захотелось усилить общий позитивный эффект ещё и ощущением свежести во рту, так как с этой задачей моя зубная паста последнее время совершенно не справлялась.

И я зашёл в магазинчик за жвачкой. Отсчитав на ощупь в кармане три десятика, я выложил их на пластиковое блюдечко с рекламой какого-то банка.

– Вы ЧТО мне даёте, мужчина?!

Из горстки моих медяков она пальцем прижала один и решительно отодвинула его к дальнему от себя краю блюдца. В недоумении я наклонился, взял этот металлический кругляш, только что выданный разливным киоском, и близоруко приблизил его к своим глазам.

Это был не десятирублёвик! Это вообще была не монета! Больше всего это походило на расплющенную латунную болванку правильной круглой формы. В девяностые годы, когда в городе стали появляться импортные игровые автоматы, местные умельцы делали для них подобного же рода жетоны, подбирая требуемую массу и размер. Я заметил, что у этого странного экземпляра, кроме гладкого аверса и краёв, на оборотной стороне было ещё что-то нацарапано.