Дядя, ты кто?

Рваная дыра в затылочной кости черепа никак не уходила из картинки моего мысленного взора, и я монотонно твердил про себя один лишь вопрос: «Дядя Паша, ты кто такой?!»

Подойдя к дядиному дому, я испытал безотчётный страх – стойкое нежелание возвращаться в квартиру, словно кто-то или что-то поставило силовой барьер на моём пути. Я даже по-стариковски присел на лавочку, чтобы переждать это наваждение. Но в квартире оставались мои вещи и дорожная сумка, поэтому хочешь не хочешь, а требовалось идти. Честно говоря, я уже вовсю жалел о полученных от судьбы подарочках и всерьёз подумывал о том, чтобы всё здесь бросить и вернуться навсегда в Сестродольск.

Когда минута слабости прошла, я зашёл в подъезд. Проходя мимо первого этажа, я вспомнил о недавнем госте и подумал, что этот Митрич может что-то знать про чёртову овощную яму. На мой звонок в семнадцатую квартиру открыла полноватая женщина лет пятидесяти.

– Здравствуйте, а Митрич дома? – спросил я, приняв открывшую за его жену.

– Кто? – женщина искренне удивилась вопросу незнакомца.

– Митрич, – повторил я, оглядев номера дверей на площадке и убеждаясь, что не ошибся.

– Нет тут такого и никогда не было. И соседей у нас таких нет, – сказала женщина с нотками сочувствия в голосе и сразу же уточнила: – Как фамилия-то у него?

– Не знаю. Извините, перепутал, – потерянно ответил я и пошёл к себе наверх, с трудом поднимая ноги.

Я закрыл входную дверь и, не разуваясь, прошёл на кухню, где сделал несколько затяжных глотков прямо из-под крана.

Потом сел на табурет и уставился в стену. Ни одной мысли не было в моей голове. На стене тикали круглые часы. Я поднял взгляд на них и… подскочил как ошпаренный – моя электричка уходила через двадцать пять минут! Я метнулся за дорожной сумкой, на ходу сдёрнув со стула несвежую рубашку и сминая её в комок. Паспорт и деньги всегда были при мне, и уже с сумкой на плече я задержался у порога, чтобы вызвать местное такси. В эту минуту в дверь позвонили…

Не жди, мама, сына

– Искал меня? – на пороге стоял Митрич.

– Нет… то есть да. Ты извини, мне сейчас некогда, – торопливо сказал я, всем видом показывая, что намерен тотчас уйти из квартиры.

– А чего хотел-то?

– Уже не важно. Потом. Мне ехать надо. Опаздываю на вокзал.

– Не надо тебе никуда ехать, мальчик.

– Это почему ещё? – спросил я, слегка ошарашенный таким хамством.

– На овощной яме был? – Митрич проигнорировал мой вопрос и задал собственный.