Дядя, ты кто?

Где-то в глубине души я чувствовал, что Митрич меня разводит, причём разводит как в дешёвых ментовских сериалах, но раз речь зашла ни много ни мало о моей собственной жизни, то его слова сразу обрели и тяжеловесность, и убедительность.

– Что же мне делать? Может, оставить всё как есть? – промямлил я, с тоской уже думая о захолустном Сестродольске, который казался мне сейчас самым прекрасным местом на Земле.

– Что делать, что делать, – проворчал Митрич. – Убраться надо за дядькой. Нельзя так оставлять.

– Но ты же никому не скажешь?

– Не скажу. Если слушаться меня будешь.

Я поспешно кивнул, вверяя тем самым свою судьбу в руки более опытного и знающего человека. Митрич считал этот посыл и сразу перешёл с приятельского языка на командный:

– Матери позвони. Скажи, что всё нормально, но надо ещё задержаться… Через пару часов я заеду за тобой. Будь готов к этому времени… Да, переоденься во что похуже, работёнка предстоит грязная.

– Что нужно делать?

– Гидроизоляцию в овощной яме.

– Хорошо, – выдавил я.

– Деньги у тебя остались?

Я послушно раскрыл перед ним бумажник. Митрич по-хозяйски выгреб оттуда основную наличность, оставив мне только пару-другую сотенных.

– Цемент нынче дорог, – сказал он с виноватой усмешкой, – а песок на месте наберём.

– Вода ещё нужна, – добавил я чисто механически.

– Вода будет.

Добрый разговор после доброй работы

Митрич заехал за мной на праворульном минивэне – стареньком латаном-перелатаном «японце». Машинка у него была непривычно узкая, но при этом высокая, и мне даже показалось, что она может запросто перевернуться на крутом повороте. Впрочем, доехали мы спокойно и без происшествий.

Как он и обещал, Митрич затарился двумя канистрами с водой и мешком цемента, купленным на мои деньги. Из инструмента же наличествовали два видавших виды оцинкованных ведра, старая совковая лопата и грязный корытообразный таз для размешивания раствора.

Стоит ли говорить, что всю работу пришлось делать мне одному. Митрич, сославшись на грыжу, не помог не то что с вытаскиванием цементного мешка из машины, но даже в саму овощную яму не зашёл ни разу. Он только поглядывал издалека и давал указания, как нерадивый прораб на стройке.

Первое, что мне нужно было сделать, это натаскать песка.