Раненые звёзды – 2: Хрупкий мир

Помнишь, что было на Венере?

Я помнил. Ради спасения Кая из щупалец какого-то местного чудовища мне пришлось войти в режим раньше, чем мы обнаружили бот создателей. Из-за этого мы попали в плен к врагам, и лишь в последний момент чудом выбрались.

– У меня достаточно питьевого концентрата, чтобы восстановить силы, – успокоил я напарника, – а в космосе – там ведь спешить некуда.

– Запаса кислорода всего на двенадцать часов, – возразил Кай.

– Слушай, мы можем так препираться вечно, – вздохнул я, – скажи лучше честно – ты просто сам хотел быть на моём месте.

Кай вздохнул, и опустил взгляд. А потом улыбнулся.

– Будем считать, ты меня раскусил, – ответил он, – ладно. Я сделал всё, что мог. Со связи только не пропадай.

– Это смотря куда я попаду, – ответил я, – мы не создатели, связи через пятое измерение у нас нет.

– Ты собрался сразу двинуться туда? – Кай кивнул в сторону шлейфа.

– Угу, – ответил я, – сам ведь говоришь, кислорода на двенадцать часов всего.

Пока мы разговаривали, Солнце окончательно скрылось за горизонтом, оставив полыхающий алым небосвод.

– На связи, – сказал я. После чего поднял тюрвинг, тщательно прицелился в зенит и, входя в режим, быстрым движением нажал на спусковой крючок, тщательно фиксируя всё происходящее.

7

Учитывая, что артефакт, судя по всему, был способен переносить объекты на космические расстояния, я предполагал, что меня вынесет как минимум на земную орбиту.

Но всё оказалось иначе. Куда опаснее.

Меня подбросило вверх на какие-то жалкие тридцать метров.

Счастье, что я был в полном режиме. А то хотел ведь сэкономить ресурсы, и выйти в режим только на орбите. Ангел-хранитель вразумил, не иначе…

Мгновенно извернувшись в воздухе, я снова нацелился в зенит. В этот раз удерживал спусковой крючок ровно в два раза дольше.

Теперь прыжок вышел более солидным: я падал с высоты чуть больше тысячи метров.

– Первый, ты как? – голос Кая в шлемофоне звучал взволнованно; не удивительно – он ведь наверняка успел увидеть моё появление на тридцати метрах.

– Нормально, – ответил я; разговор почти не отнимал ресурсов, так что молчать не было смысла.

Сопоставляя силу и время нажатия, я сделал несколько прыжков, чтобы «откалибровать» управление тюрвингом. После чего, уже целенаправленно, в один прыжок, оказался на высокой геостационарной орбите.

Это был опасный момент.