Аризона на троих. Самый быстрый

Вслед за ней из мешка легко выскользнула большая берцовая кость, потом мешковина туго натянулась, пытаясь выпустить сквозь узкую дыру человеческий череп.

В противоположной стороне мешка поступили чёткие очертания упёршихся в мешковину рук с растопыренными пальцами, созданные, судя по всему, пястными костьми и фалангами.

Череп рвался в одну сторону, руки давили в другую, растягивая мешок с такой силой, что череп вскоре прорывался сквозь дыру, разрывая мешковину легко, как тончайшее кружевное бельё светской красавицы.

Старик не стал ждать продолжения этой жуткой сцены – торопливо заработал лопатой, и вскоре чудовищная пляска мешков с костями завершилась под слоем земли.

Прикуривая сигару, за дом зашёл Джед.

– Что за неотложное дело у тебя старина?

– С этой нечистью есть только один способ справиться. – Переводя дыхание, Канадец уверенным движением вонзил лопату в кучу земли. – Закопать её поглубже, а иначе с ней не сладить.

Джед заглянул в яму и, не увидев в ней ничего, подозрительно посмотрел на старика, всё больше укрепляясь в своей догадке.

– Думал ли я, что на старости лет буду мотаться по пустыне и собирать неведомо чьи останки, – продолжил Канадец, сплёвывая на дно ямы. – Вся округа усыпана ими. Сейчас уже не разберёшь, кем они были: кто краснокожий, а кто белый, кто переселенец, а кто бандит. Лежали они себе, никому не мешали, а теперь в горах и в окружающей пустыне стало что-то происходить. Как только приходит ночь, те, кто не закопаны, или закопаны не глубоко, начинают подниматься, и разбойничают по округе.

Локтем опёршись на черенок лопаты старик огляделся. Сумерки неспешно переходили в ночь. Закат догорал широкой лиловой полосой, на фоне которой чёрной тенью проступал растущий на задворках огромный кактус сагуаро. В тусклом вечернем свете и вся фигура старика, и черты его лица, и даже седая щетина на щеках казались серыми.

– Это наказание, Джед. Нам всем. За то, что потеряли человеческий облик и перестали хоронить умерших.

Думал, соберу останки по округе, закопаю их, и станут они меньше меня по ночам беспокоить. Куда там! Разве могу я очистить такую огромную долину, – старик кивнул головой куда-то за силуэт кактуса и перевёл взгляд на тёмные скалы, подходящие с одной стороны почти к самому дому. – Или эти горы, в которых сам чёрт заплутает, – он шмыгнул носом, утёр пальцами губы. – Дай курнуть.

Джед неторопливо затянулся, отдал старику сигару.