Олли

Конструкция напоминала крышку от сковороды, где в качестве ручки выступал стержень, уходящий высоко в потолок. Стержень начал движение вверх, а вместе с ним приподнялся сам купол на уровень моей головы. Я поразился толщине стенок – не меньше двадцати сантиметров. Такое стекло даже кувалдой не разбить при всем желании. Для чего могут понадобиться такие меры предосторожности? В центре находилось кресло, подключенное проводами к компьютеру, а на правом подлокотнике был установлен стеклянный контейнер с металлическим отсеком сверху и широким отверстием для руки снизу.

Профессор предложил мне сесть в кресло.

– А вы сами пробовали это на себе? – решился я на вопрос, когда профессор подключал к моей голове очередной датчик.

– В этой лаборатории уже все поучаствовали в экспериментах. У меня Оливер провисел две минуты, у Виктории чуть больше, но обычно через пять минут эксперимент завершается, поскольку материал отвергает субъекта.

– Вы сказали Оливер? Вы дали имя материалу?

– Это Вика так назвала. Она очень любит Диккенса, а Оливер Твист – её любимый персонаж.

Мы были не против, имя придаёт ему таинственности.

Я просунул руку в отверстие, и профессор плотно пристегнул контейнер к руке. Сказать, что мне было страшно, означало ничего не сказать. Меня просто лихорадило от ужаса, но я старался держать себя в руках.

– Внесите образец! – скомандовал профессор.

В комнату вошёл лаборант, держа на подносе стеклянную миску с неизвестным смолянистым веществом зелёного цвета. Железными щипцами он вынул тягучую массу, похожую на расплавленный сыр, и опустил в железный отсек над моей рукой.

После этого профессор и лаборант покинули капсулу, и её стенки опустились под действием скрытого механизма.

– Эксперимент номер 362. Опускаю образец на руку испытуемому, – произнес вслух профессор и нажал кнопку на панели управления.

Я почувствовал, как прохладная масса растеклась по моему запястью. Сначала было щекотно, масса загадочным образом свернулась в кольцо, а потом я почувствовал тёплые волны удовольствия, пробежавшие мурашками по всему телу.

Так приятно бывает только в объятиях любимого человека, или когда мама гладит тебя по голове, говоря, как сильно тебя любит. Я закрыл глаза и окунулся с головой в безмятежную пустоту. На душе стало так спокойно, словно я оказался в раю.

Побег из лаборатории

– Подать напряжение! Почему на пульте никого нет? – доносились крики откуда-то издалека, а потом я почувствовал острую боль в висках.