Ну здравствуй, я!

Услышав это, Вилька вдруг возмутился:

– Слушай, Сэмюэль, ты не мог бы не произносить слово кладбище?

Сёмка удивлённо повернул голову и посмотрел на Вильку.

– Как же я должен был сказать?

– Хорошо бы добраться до «места» или до «цели»! – объяснил Вилька.

– А что это изменит? – пожал плечами Сёмка.

Дрюня догадался и усмехнулся:

– На нашего Вилли это слово наводит страх!

– Ничего и не наводит… – обиженно огрызнулся Вилька. – Просто это место не самое приятное, а особенно ночью!

– Честно признаться, – откровенно сказал Сёмка, – мне и самому не очень-то хотелось бы оказаться там ночью.

– Да ничем не хуже, – согласился, чуть приободрившись, Вилька. – Решено: идём туда и ничего не боимся!

– Мы же крепкая и дружная команда, – произнёс Дрюня. – И нас ещё никому не удавалось победить!

Эти слова друзья восприняли с вдохновением и уверенным шагом направились к «цели». Да к тому же «цель находилась от них уже совсем рядом.

Добравшись до «места», они стали тихо и с опаскою пробираться между неровными рядами могил, густо заросших высокой сорной травой. Друзья тщетно пытались рассмотреть и прочесть надписи на полусгнивших досках, которые вместо памятников криво возвышались над могильными холмами. Судя по всему, за кладбищем никто не ухаживал, и почти все могилы находились в заброшенном состоянии. Они пытались найти свежую могилу с надписью «Вильямс» и наконец её обнаружили.

Сёмка рассказывал друзьям, что именно этого покойника, как изложено в книге, должны были унести в полночь черти, а в итоге раскопали и вынули наружу индеец Джо со своим дружком Мэфом Поттером по указанию доктора Робинсона.

Они сели рядом с этой могилой и стали осматриваться по сторонам, прикидывая, что можно предпринять, чтобы помешать индейцу Джо совершить своё кровавое преступление.

Кругом царила полнейшая тишина, но от такой тишины ребята ощущали страх гнетущего вымершего пространства.

Сёмка старался отогнать от себя неприятные ощущения и как можно подробнее изучить окружающую местность. Совсем рядом, шагах в десяти, возвышались три больших и раскидистых дерева, похожих на дубы, но листья на них были другие, не как у дуба.