Транзит

На знаках экономили, где только могли.

Предложения быстро стали лаконичными и даже лапидарными. Затем взялись за слова. Их сокращали уверенной рукой мясника, разделывающего тушу. Выбрасывались гласные буквы, окончания, суффиксы, отчего записи стали напоминать старинные рукописные тексты или даже древние надписи на монетах с несовершенной чеканкой.

Была составлена и выпущена книга общедоступных кодов, где «СП4» означало «срочно приезжай», а «СП9» всего лишь «сортовой пиломатериал». Адреса сокращали тоже. Появились трёхбуквенные коды городов и пятизначные коды адресов в каждом городе.

Имя адресата часто заменяли инициалами.

Чем короче становились коды, тем большее значение имела случайная ошибка, нередко возникала путаница. Но скорость передачи была важнее.

Однако количество посланий росло с каждым годом и в конце концов кто-то предложил ставить на фонари цветные фильтры. Так что теперь каждая дальнеизвещающая линия имела по два цветовых канала – зеленый и оранжевый. Это не только увеличивало пропускную способность, но и позволяло разделять при необходимости линии без сортировочного узла.

***

Перед тем как покинуть башню, Светлов набросал на стандартном бланке записку и подозвал одного из мальчишек, что подрабатывали доставкой телеграмм.

– Найдёшь на ярмарке купца Гладышева на складе за пестрядильными рядами. Вручишь записку ему лично. Вот тебе два пятака на паровики и пятиалтынный за работу. Столько же получишь от купца. Ответа не нужно.

Мальчишка умчался.

Большего, чем он сделал, Светлов сделать сегодня уже не мог. Теперь спать! Он взял извозчика и добрался до своей квартиры на Варварке.

Его семье принадлежала половина двухэтажного дома недалеко от Острожной площади. Но из его родственников в Нижнем никто не жил, предпочитая фамильные особняки в Городце и имение на Суре. Так что полдома ему с радостью уступили, еще когда он поступал студентом на первый курс. Уступили с тем, однако, условием, что содержать недвижимость он будет на свой счёт.

А он, сдав две квартиры внаём, заселился в третьей, небольшой, но имеющей гостиную с прихожей и кухонкой на первом этаже и спальню с ванной комнатой на втором. Поскольку жил он преимущественно один, а прислугу не держал из принципа, то за квартирой ухаживал сам, а когда уезжал надолго, отдавал ключи дворнику, с тем чтобы его сестра присматривала за хозяйством.

Он хотел завалиться, как есть, в одежде. Но всё же пересилил себя и принял ванну.