Транзит

Иногда Светлову приходилось ночевать в таких местах, что это в сравнении с ними можно принять за дворец английского короля Джона, известного своей чистоплотностью, пусть и жил он в средние века.

За четвертак (монета в 25 копеек) Светлов получил особый столик для гостей со средствами. Его поставили в чистом углу, подальше от сквозняка и покрыли белой скатертью. Здесь стоял букетик цветов в стакане и небольшой самовар, а половой тотчас принес фарфоровый чайник с заваркой лучшего черного байхового чая, розетку с колотым сахаром и блюдце с лимоном.

Затем перед Светловым появились подшивки «Нижегородского вестника» и «Монитора».

Он смутно представлял, что именно ищет. Айдар выложил всё что знал, но никакой конкретной зацепки в его словах не было. Поэтому пришлось листать и просматривать всё подряд. Начиная с марта газеты только и писали, что о предстоящей конференции по сибирскому транзиту. Позже к ним добавилась аналитика по видам на ярмарочные торги, возможным ценам на пшеницу. Казенные указы, криминальная хроника.

Про войну идущую или грядущую не писали. Про поставки оружия тоже.

Наконец, в номере «Монитора» за май он наткнулся на интересную заметку. В ней уведомлялось, что нижегородский торговец Пётр Семёнович Гладышев снарядил шхуну в Гилян. Главный груз – пятьдесят ящиков с оружием и боеприпасами для тамошних казаков, в том числе и с винтовками дальнего боя. До порта назначения шхуна не дошла. Она утонула в Каспийском море во время «норда» – свирепого ветра, на который удобно списывать многие беды.

Торговец и вся команда счастливо спаслись, а поскольку груз оказался не застрахован, то и тщательного следствия не проводилось, несмотря на явную гнилость рангоута и ветхость оснастки судна. Гладышев согласился возместить потери из собственного кармана и доставить требуемую партию в Гилян к концу года.

Заметка стоила затраченного четвертака и Светлов вырвал её из газеты. С библиотечными подшивками он так не поступил бы, не позволило бы воспитание. Но в чайных газеты долго не живут, их быстро разбирают на самокрутки и прочие надобности бедноты.

***

Шагать пришлось недалеко, благо на Ярмарке всё рядом. Склады Гладышева располагались ближе к Кунавино и жележневой станции, недалеко от ипподрома и Армянской церкви. А поскольку открытие торгов ожидалось со дня на день, то и хозяин торчал на складах безвылазно.

Гладышев ничуть не удивился появлению Светлова, мало того, увидев его, он даже вздохнул облегчённо.