Сибирский фронтир

 – Фундаментальная наука, например.

Плохо же он знал моих сограждан. Нет, раньше в науку верили больше, связывали с ней какие—то надежды, но с падением системы, знания размылись, эзотерические учения взяли реванш.

– Вроде бы я использовал и научный путь. Вы, верно, упустили из виду небольшую статейку о пятом измерении? Прошляпили. В таком случае вас ожидает сюрприз.

Я был доволен, словно провёл самого дьявола. Но на собеседника мой самодовольный вид впечатления не произвёл.

– Ваш удел интуиция, а в науке вы полный профан, – вздохнув, сказал он.

 – Даже в вашей несовершенной науке. Вы чересчур раздули такое простое понятие как измерение, перегрузили его смыслами, вырастили целую философию, в то время, как это не больше чем система координат. Рулетка с нанесёнными на неё дюймами или сантиметрами, а вовсе не свойство реальности.

– Но учёные…

– Бросьте. Ваши учёные осмыслили не время и пространство, как таковые, а лишь некоторые их проявления, которые уложились в вашу философию или в вашу физику.

Они уподобились алхимикам, что вставляли в формулу вещество, не зная толком об его действительных свойствах и природе.

– Наши алхимики, насколько я знаю, разработали математическую модель проникновения через пространство и время. Они не правы?

– Эта модель – детский рисунок рядом с полотном Рембрандта. Согласно ей каждый ваш переход сопровождался бы чем—то вроде термоядерного взрыва или поглощением сравнительного с ним объёма энергии. Но вы порхали как мотылёк, а мир не содрогался от катаклизмов.

– Возможно, эти бомбы рвались в каком—нибудь другом мире или в недрах звёзд за сотню световых лет от Земли, – предположил я.

– Возможно, – буркнул он.

Под напором моего упрямства, или тупости, как возможно считал гоблин, его невозмутимость начала давать трещинки. Если я хотел затянуть разговор, мне следовало проявить сдержанность. А так собеседник счёл за лучшее закруглиться.

– Собственно я встретился с вами не для пустой болтовни, а чтобы предостеречь об опасности, – сказал он.

– Благодетели, чтоб вам провалиться! О динозаврах вы предостеречь не посчитали нужным, а теперь, когда я почти что добрался до дома, вдруг решили проявить гуманизм?

– Вы не доберётесь до дому, – спокойно сказал он, проигнорировав ругань.

– Как так? – я почувствовал себя неуютно, будто что—то упёрлось между лопаток. Что-то смахивающее на остриё ножа.

– Вам кое-что следует знать о путешествиях во времени. Просто затем, чтобы выжить.