Вологодские кружева. Авантюрно-жизнерадостный роман

Есть ведь гораздо более действенный способ!

– Эй, орлы, – произнес я вполголоса, – кто хочет похмелиться, вставайте, а то я всё пью один.

Не успел я договорить последних слов, как Мишка уже был рядом, а из черёмухового куста, с треском и сопением, на четвереньках выполз Андрюха с пустой кружкой в руке:

– Давай, Серж, наливай, не пьянки ради, а сугрева для.

Я оглядел их рожи и констатировал:

– Хороши! Впрочем, и я, наверное, не лучше! А насчёт опохмелки я не в курсе. Сам только встал. Ищите. Что найдёте – всё ваше.

– Так ты ж сам запретил нам это делать, – подал голос Вовик и, распахнув глаза, добавил чистому небу голубизны.

– Странно, почему же я это запретил? – подозревая какой-то подвох, засомневался я.

– Ну как же, ты ведь целую лекцию нам прочитал о том, чего нельзя делать в пьяном виде.

– И чего же нельзя делать?

– Гнать хода, рубить визирки и ставить палатки.

– Ну что ж, – вынужден был признать я, – теоретически всё логично.

– А практически, – широко зевнула поднявшаяся Таня, – всё офигенно глупо, а, главное, холодно!

Мишка, просматривавший бутылки на предмет залипания там остатков спиртного, плюнул и со злой ухмылкой бросил:

– Да что ж, мы не русские, что ли?!

– А при чём тут это? – не въехал Андрюха, всё ещё, в надежде на чудо, державший кружку в вытянутой руке. – Подумаешь, палатку не поставили.

– Какая, на хрен, палатка! Я про водку говорю: ни капли!

IX

– Ну, всё! Хватит завтракать.

– А почему гоняем чаи? – поднял возле виска указательный палец Андрей.

– Потому что работать не хотим.

– Да я не про то, Серж. Мы гоняем чаи сейчас потому, что именно я настоял взять второй чайник. Так что, скажите мне спасибо!

– Спасибо, – угрюмо поблагодарил Мишка, – но, по-моему, это ты ложился вчера последним и накидал в костёр кучу дров, а чайник оставил висеть, чтобы он всю ночь был горячим. Он и согрелся до полной переплавки!

Андрюха только развёл руками.

– И всё-таки, – в меня уже вселились какие-то начальственные чёртики, – нужно сегодня немного поработать, прогнать хоть один километр хода.

– Прогнать один километр хода? – переспросила Таня. – Пожалуйста!

Она встала, сложила перед своим очаровательным ротиком ладони рупором и крикнула:

– Километр хода! Пошёл вон отсюда!

Потом села и смиренно посмотрела на меня:

– Всё, Серёжа, я его прогнала.