На секретной службе

* * *

– Существующими средствами радиоэлектронной разведки обнаружить русские ракеты невозможно, – вздохнул советник. – Специалисты считают «Фениксы» неуязвимыми.

Голос президента дрогнул:

– Скверно. Очень скверно.

– И это еще не все, – подключился госсекретарь. – Русские модернизировали свои зенитно-ракетные комплексы «Сатана» и «Печора».

Президент наморщил лоб:

– Satana? Piechora? Звучит совершенно по-дикарски.

– Зато действует на основе самых современных разработок. Раньше пусковая установка «Печора» была стационарной, а теперь способна перемещаться с места на место.

– Каким образом? – осведомился президент.

– На грузовиках.

– Вот как?

Глаза президента заблестели. Возможно, он уже представлял себе бравого Рэмбо, прокалывающего шины вражеских грузовиков под покровом ночи. Но советник для того и существовал, чтобы вовремя опускать своего босса на землю.

– Недавно в России, – сказал он, – были проведены успешные испытания всех перечисленных установок. На стрельбах присутствовали представители Тегерана.

– Мы должны воспрепятствовать этому, – решительно заявил президент. – Почему не сделано официальное заявление по этому поводу? Необходимо выразить протест, будь он проклят. Незамедлительно. – Президент сделал энергичную отмашку рукой, показывая, как, по его мнению, это будет выглядеть в глазах общественности.

Госсекретарь покачал головой:

– Протест ничего не даст. Сделки осуществляются не на государственном уровне.

– Да это же заговор! – возмутился президент. – Нечестная игра, будь она проклята!

Даже после стольких лет пребывания у власти он пребывал в уверенности, что сам ведет исключительно честную игру. Святая наивность! На лицах помощников промелькнули одинаковые иронические улыбки, исчезнувшие, впрочем, как только оба воскликнули в один голос:

– Конечно!

– Кремль всегда нарушает правила, – добавил госсекретарь.

– Но в конечном итоге выигрываем все-таки мы, – торжественно произнес советник.

– Прошу высказать свои соображения по этому поводу, – сказал президент, переводя взгляд с одного советника на другого. Его глаза выжидающе прищурились. Словно президент давно нашел решение проблемы и теперь хотел проверить, насколько сообразительными окажутся его помощники.