Никогда не говори: не могу

– Шестнадцать фигурантов по делу Елисеевой.

– Ну и что?

– Жертв тоже было шестнадцать. Удивительное совпадение.

– Прежде вы мистикой не увлекались, Василий Степанович.

– А я и сейчас не увлекаюсь, Николай Артемьевич.

– Тогда к чему эта реплика? – недовольно осведомился Волопасов.

– Брякнул первое попавшееся, что на ум взбрело, – признался Роднин.

– Какого рожна?

– Мне показалось, что вы хотите обратиться ко мне с какой-то личной просьбой, товарищ генерал.

– Допустим, хочу.

 – Пальцы Волопасова выбили по столу быструю неровную дробь.

– Вот я и решил облегчить вам задачу, заговорив первым. – Роднин пожал плечами.

– Та-ак. – Генеральский тон не сулил подчиненному ничего хорошего. – Помочь мне, значит, надумали, полковник?

– Почему бы и нет?

– А я разве просил вас о помощи?

– Собирались, – напомнил Роднин. – Разве вы задержали меня не для этого?

Несколько секунд Волопасов молчал, не зная, как вести себя в этой щекотливой ситуации. Продолжать держаться подчеркнуто официально? Или попытаться хотя бы отчасти восстановить прежние отношения? Так и не приняв решения, Волопасов спросил, постаравшись, насколько это возможно, смягчить свой голос:

– Скажите, полковник, у вас остались свободные оперуполномоченные, не задействованные по делу Елисеевой?

– Никак нет, – ответил Роднин без запинки.

 – Все опытные сотрудники выполняют порученные им задания.

– А капитан Бондарь?

Задавая этот вопрос, Волопасов постарался напустить на себя полнейшее равнодушие.

– Вы сами подписывали приказ о предоставлении Бондарю внеочередного отпуска, – произнес насторожившийся Роднин.

Он отлично знал, что старый друг никогда не упускает из виду даже самых незначительных мелочей, относящихся к деятельности управления. Что касается Бондаря, то еще недавно эта фамилия была на устах всех сотрудников, и Волопасов не мог не знать об этом. В прошлом месяце капитан потерял жену и четырехлетнего сына. Они погибли в автокатастрофе, пытаясь разминуться с мчавшимся по встречной полосе «Саабом», за рулем которого сидел обкурившийся анаши отпрыск замминистра.

В настоящее время ублюдок находился под следствием, а семья Евгения Бондаря – в двух выкопанных рядышком могилах. Поговаривали, что капитан винил в случившемся себя, поскольку настоял, чтобы жена обзавелась водительскими правами. Она неохотно подчинилась, а примерно через неделю после экзамена произошла трагедия.