Дай умереть другим

– Текучесть кадров?

– Ага. Кровавая. Иногда даже жаль становится этих придурков – ну куда лезут? Ради чего? Неужто за сытную жратву готовы жизни свои молодые положить?

– Они сами выбрали свою судьбу, – жестко произнес Громов. Это прозвучало как приговор.

– Не-а, – не согласился Костечкин. – Я так полагаю: нас всех судьба выбирает, а не наоборот.

– Неужели?

– Точно, Олег. Вот смотри: я сегодня доклад начальнику писал и даже подумать не мог, что вместо того, чтобы вечером в общаге водку жрать, с тобой на дело поеду.

Громов улыбнулся:

– Глупости, лейтенант. Ты сам помочь мне вызвался, никто тебя за шкирку не тащил. Это твой выбор. Твоя судьба.

Костечкин с сомнением покачал головой:

– Вряд ли. Судьба, она как дорога. Если не я на нее сверну, то кто-нибудь другой на ней обязательно окажется.

– Кстати, о дороге, – сказал Громов. – Мы, случайно, за разговорами нужный поворот не пропустили?

Костечкин подался вперед, вглядываясь в темноту, и с досадой признался:

– Пропустили.

– Вот видишь, – заметил Громов, выруливая на обочину. – Дорога – это просто дорога и ничего более. По ней всегда вернуться можно. А выбранную судьбу не перекроишь. Так кто кого выбирает, м-м?

Взревев двигателем, «семерка» газанула в обратном направлении.

4

В здании средней школы № 37 светилось несколько окон, но даже издали было ясно, что это горят люминесцентные лампы в пустых коридорах. Что касается пристройки, облюбованной группировкой Лехи Катка, то оконные проемы в ней были наглухо заложены кирпичом.

– Ограда для нас не помеха, – рассуждал Костечкин в машине, приткнувшейся за мусорными баками. – Насколько мне известно, охраны во дворе нет. У них там камера наружного наблюдения установлена.

– Странное кино получается, – заметил Громов, борясь с искушением закурить сигарету. – РУБОПу отлично известно, кто такой Бреславцев и где он скрывается со своими боевиками.

– Для этого команда сверху нужна.

– А ее не дают?

– Иногда дают, – угрюмо сказал Костечкин. – На моей памяти дважды такое происходило. И дважды Лехину кодлу отпускали на все четыре стороны. Зато мои начальники машины сменили и особняки себе возводить начали. Небось после третьей операции закончат строительство.

– А вот хрен им, – пробормотал Громов.