Шаги в глубину

Джахиза успела зарастить шлем, и первый аккорд моей заупокойной был рявкнувшим рикошетом. С виброклинками против клейнода Гончей? Да ладно.

«Но я все же попробую», – сказала маленькая рыжая отличница из космоходки.

Лезвие с правой руки я метнула, и Джахиза легко уклонилась от него.

«Вот и умничка».

Первый же взмах клейнода сломал левое лезвие, и я осталась голой акробаткой против двуногого оружия. И это было круто.

– Ба-бах, – сказала я с самой приятной улыбкой.

Джахиза успела что-то понять, но вот сделать – нет.

Грохот выстрелов бросил Гончую на меня, и я уклонилась, пропуская дергающееся тело, с которого хлопьями дыма срывало скафандр. Когда магазин иссяк, от тела уже летели ошметки.

– Молодец, – сказала я, поднимая пистолет со сброшенной плахитьи.

Дональда трясло, у него дергалась щека, и он медленно опускал «ударник». Меня, честно говоря, тоже порядком колотило: не каждый день получается убить соперника такого калибра. Пусть и чужими руками.

– Т-ты…

– Я. Собери оружие, клейнод руками не трогай… Не трогай, я сказала!!!

Оружие Гончей полыхнуло и исчезло, как и положено таким сильным вещам.

Дональд сел на пол, проморгался и поднял на меня взгляд.

– Ч-черт. А как ты…

Он обернулся и посмотрел на осколки злополучного терминала. Молодец, обормот, понял все. Дональд кивнул – мне и своим догадкам заодно – и принялся собирать оружие, а я подошла к развороченным останкам Джахизы и подняла ствол. Не люблю достреливать трупы, но все же…

– Оружие на пол, – распорядился тихий голос.

В дверях стояла охрана доктора – три штуки – и какой-то хлыщ с мафиозной меткой в пол-лица, и все это – поверх жерл излучателей разного калибра.

Расчет с учетом расстояния: минимум два трупа с их стороны. Гарантированные пять-шесть дырок в Дональде, по меньшей мере одна – во мне.

«Не пойдет».

– Быстро!

Ударная пуля взвыла у моей щеки. Да, нервы. Нервы. К чему бы это?

Глава шестая

Суд был скорым и справедливым, даже бить не стали.

Хорошие манеры – это вообще своего рода признак полукриминальных миров: тебя могут назавтра приговорить к молекулярному расчленению, но сегодня все проходит чинно и красиво. Мне не понравилось только то, что с меня сняли скафандр. Приговор тоже, конечно, не особо восхитил, но с родной безделушкой во все тело умиралось бы как-то поспокойнее.

Я сидела в камере два на два, пыталась свыкнуться с мыслью, что завтра на тот свет, и придумывала планы бегства.