Интриган. Новый Петербург

Рядом, точно пробка от шампанского, вылетел второй шар и тут же опал тяжелыми каплями.

За водяной завесой скрывался Нимиц, держа в руках тяжеленную гаубицу с бронещитом, словно легкую винтовку.

Руны светились так, будто их залили расплавленным металлом, а створки броневого бруствера окружало голубоватое полупрозрачное марево.

Честер нацелил пушку на сферу – и символы погасли один за другим, начав с дула и закончив казенником. После чего загорелись в обратном порядке, магический поршень вытолкнул колдовской снаряд, и огненный шар быстрее метеора пронесся над водой.

Струя раскаленного воздуха разрезала волны, подняв над гладью густой пар.

Громыхнуло громче ящика тротила, от нестерпимого жара сфера мгновенно испарилась и ударила в стороны белыми щупальцами.

Я увидел Генриха, скрестившего перед собой обожженные предплечья. Щит сдержал удар, но силы стремительно покидали старика. Враг же разъярился так, что, казалось, готов сражаться бесконечно.

– Отец?.. – в недоумении пробормотал Альберт, а затем воскликнул.

– Эй! – схватил «поэта» за воротник и хорошенько встряхнул. – Надеюсь, ты в Академии не только стихи писал?

– Ч-что?! – малец округлил глаза и захлопал ресницами.

– Ясно, – отпустил руку, и парень рухнул на задницу – ничего, за фальшбортом ему сейчас самое место. – Николь – присмотри за наследником. А вы – готовьте орудие.

– Но палуба… – возразил было старпом.

Взмах руки – и канонерка со скрипом и скрежетом выровнялась. Матросы тут же бросились к пушке, а я приказал морпехам стрелять по летучему (теперь уже в прямом смысле) янки.

Застрекотали тяжелые пулеметы, светящиеся дорожки трассеров сошлись на спине неприятеля.

Жаль, в этом мире запоздали с изобретением аэропланов – мощная установка ПВО сейчас бы край пригодилась.

Магический барьер играючи отразил пули, но, похоже, не мог сдерживать натиск долго – все-таки мана рано или поздно закончится.

И Нимиц с перекошенным лицом крутанулся на месте, приготовившись избавиться от назойливых людишек перед тем, как расквитается с главной целью.

Я едва успел вскинуть руку, вообразив перед собой водяную стену.

Щит закрыл борт, но удар огненного шара вышел такой, что брызги сбили с ног всех, кто не спрятался за броней.

Я вот не успел, и, несмотря на барьер, ощущения были такие, будто дюжина футболистов разом пробила с пыра по торсу.

Волна впечатала в стенку рубки, но кости не пострадали – лишь на миг помутилось сознание.