Интриган. Новый Петербург

И все равно пополз, сдирая ногти, под крики и вой, прекрасно понимая, что все уже предрешено.

Ну, хотя бы умру не во сне, и загляну в глаза смерти, что так давно гонялась за мной по всему миру.

От грохота я мгновенно оглох. Ослепительная вспышка ударила по глазам, все вокруг окутало адское пламя.

Все, кроме меня.

Меня же окутал полупрозрачный мерцающий кокон, и в нем, точно в спасательной капсуле, я устремился вниз – к мрачным водам Атлантического океана.

Рядом со мной падали тела – изуродованные, обожженные, растерзанные.

Были среди них и те, кто почти не пострадал от огня, и тут я заметил первую странность.

Пассажиры выглядели так, словно летели со съемок исторического фильма, причем прямо в костюмах.

Мужчины – в деловых тройках, женщины – в роскошных старомодных платьях.

Да и сам город выглядел иначе – особенно с высоты.

И когда воздушный поток перевернул мой пузырь, я увидел над собой пылающий корпус дирижабля, медленно оседающего к воде.

Однако самым удивительным было не это.

Я снова мог ходить…

Снова мог ходить!

При ударе об воду кокон лопнул, и меня окутал холод, от которого чуть не стало сердце.

Я ухнул метров на пять в ледяную глубину, хотя от падения с такой высоты меня должно было расплющить, точно о бетон.

Но я не только выжил, но и спокойно всплыл, работая руками и ногами. Невероятное ощущение – ради него можно вытерпеть любые лишения.

До берега оставалось метров сто.

На самом деле то упал дирижабль, и поднятая им волна подхватила и донесла до самой пристани, где столпились зеваки все в тех же старомодных костюмах и платьях.

– Он жив! – закричал кто-то. – Смотрите, он жив!

Меня обступили люди. Едва почувствовав твердую землю, я отключился от перенапряжения – и телесного, и душевного, и какого-то еще – неведомого, странного, ранее не ощущаемого.

Не знаю точно, что это за мистическое волнение, но уверен в одном – оно неразрывно связано с тем самым пузырем, что уберег от неминуемой гибели. Главное – я в безопасности. А теперь можно отдохнуть.

***

– Братишка! Братик! – разбудил меня встревоженный женский голосок. – Ты живой?

Разлепив веки, обнаружил себя на кровати в богато обставленной просторной комнате.