Капкан для германского короля

Именно тебе подвластна сила рун. Именно ты сможешь направить всю неисчерпаемую мощь наших богов против богов славянских и сломить их дух в грядущей битве!

Дядя Карл умолк и опустил руки. Он смотрел на Франца, а Франц смотрел на него, пытаясь понять, что ему делать. Сказанное дядей не умещалось в его голове, но напор и сердце, с какими его дядя вел свое повествование, завладели им.

Мой отец помогал Вам, дядя? – спросил Франц.

Дядя Карл ответил не сразу, замешкавшись, словно сперва не понял вопроса.

Да, мой мальчик. Твой отец целиком и полностью разделял мои убеждения и был со мной до конца. Он был одним из проводников ирминистской веры, носителем наследственной силы Вилиготисов. Я посылал его в Польшу вместе с нашими войсками. Мы хотели разрушить место силы в Грюнвальде. И нам это удалось. Правда, ценой его жизни. Тем самым мы обеспечили успех нашего оружия в Европе – что бы там не говорил группенфюрер Вольф! – последние слова дядя Карл произнес с нескрываемым сарказмом.

Как он погиб? – спросил Франц.

Мой мальчик! – дядя Карл наклонился к Францу и проговорил с нежностью, – когда-нибудь мы с тобой обязательно поговорим и об этом, а сейчас поверь в одно – твой отец погиб как герой и настоящий ариец. И прости меня за то, что у нас так мало времени. В те короткие минуты, что нам отведены, я не смогу объяснить тебе всего. Знай главное – ты принадлежишь к могущественному роду Вилиготисов – потомков асов и уанов, ведущих происхождение от Тевта.

Но что же я должен делать? – сказал Франц.

Сейчас, – сказал дядя Карл, нащупывая что-то во внутреннем кармане кителя. – Сейчас я все тебе объясню. Вот! – дядя Карл извлек из кармана небольшой предмет и протянул его Францу. Это был перстень. Массивный серебряный перстень с большим камнем, обрамленным тяжелым узором из дубовых листьев.

Словно завороженный, Франц потянулся за перстнем. Поднеся его ближе, он разглядел в центре него, как бы на возвышении из отчеканенных из серебра дубовых листьев, искусно ограненный рубин дивной воды. Рубин светился изнутри, переливался тугим, теплым светом. Франц повернул перстень сначала влево, затем вправо.