Жёлтая виолончель

Потом я узнал, что незадолго до этого сосед отравил его собаку. Вы улавливаете мою мысль?

– Да, – я, конечно, понимал. – Я тоже знаю один такой случай. Один мой знакомый ветеран сказал как-то: "Я награждён орденом Кутузова посмертно".

– Ну и что? – нахмурился Иванов, в очередной раз поправляя перчатки.

– Через двенадцать лет он и правда умер.

Иванов молчал. Он опустил руки на стол и, словно внезапно затормозивший автобус, уставился прямо на меня. Взгляд был отсутствующим. Он думал. Затем вздрогнул, выйдя из оцепенения, и придвинул ко мне тетрадь.

– Вот, – его зубы снова притянули мой взгляд. – Запишите здесь, пожалуйста, ваши ассоциации к тем словам, которые я сейчас назову.

Он, видимо, прочитал на моём лице непонимание.

– Поясню, – он сделал неопределённый жест своей правой рукой, затянутой в латекс. – Вы не должны думать. Начинайте писать до того, как осознаете свой ответ. Прочитали слово – незамедлительно пишите первое, что приходит в голову. Ясно?

– Да. Писать чем?

– А, да.

Прошу прощения, – Иванов извлёк из внутреннего кармана авторучку – чёрную, сверкающую, с металлическим никелированным зажимом. Протянул мне. – Записывайте. Замок. Грязь. Чудо. Поле. Скобки. Дерево. Хвост. Записали?

– Да. Можно начать?

– Конечно, – размашисто кивнул Иванов. – Как говорится, раньше сядешь – раньше выйдешь.

Я начал набрасывать на бумаге слова, мимоходом бросив:

– Вы что, сидели в тюрьме?

Иванов насторожился:

– Нет. С чего вы взяли?

– Но, видимо, боитесь туда попасть? – уточнил я.

– Я полагаю, от этого никто не застрахован, – ответил Иванов. – Тем более в наше время. А что?

– А что случилось с вашими предыдущими подопытными? – спросил я.

– Не думаю, что я обязан отвечать на этот вопрос, – Иванов выпрямился в кресле, изображая своим внешним видом уязвлённую гордость.

– Вот видите – я неплохо усвоил ваш урок про подсознание. Готово, – я подвинул к Иванову листок и ручку.

– Уже? – он удивился. – Прекрасно.

Теперь сделаем вот что – вы будете читать слова и попутно объяснять, почему подобрали именно такие пары.

Я хмыкнул:

– Не получится. Я писал просто так, не задумываясь.

– "Просто так" не бывает, – возразил Иванов. – Всегда можно попытаться объяснить. В крайнем случае, я вам помогу.

– Ну, хорошо, – сказал я. – "Замок – война", – я почесал лоб. – Наверно, это из песни. "И кто-то должен стать дверью, а кто-то замком, а кто-то ключом от замка". Вот.