Если женщина…

Он согнулся над телефоном и, широко улыбаясь, заговорил:

– Риммочка? Целую твою прекрасную шейку! Что? Бусы мешают? Это мне-то?

Борис Семенович захихикал.

– А как здоровье? А спутника жизни? Скучать не дает… Эх! Годы, годы! Я бы с ним посоперничал! Что? Нет! Скоро в гроб! Надо… Отвоевал! Сегодня ночью снова не спал. Лежу, думаю: сейчас сердце в куски!

Боровский еще немного подышал в трубку и сказал:

– Риммочка, вот тебе задачка…

Оркестр обещали. И поехало… Сомов крутил отмеченные длинным ногтем Боровского специальные телефоны, а тому обещали к вечеру цветы, билеты, афишу и артистов получше.

– Культура без вас, Борис Семенович, зачахнет, – сказал Сомов откровенно.

– Без нас ей будет трудно, – поправил ветеран.

Осталось решить проблему сценария. Сомову было впору писать его самому. Боровский достал бы не одного сценариста с кучей сценариев, но все уперлось в наличные деньги. Директор выдал из кассы двенадцать рублей и сказал, чтобы обратились к Лене. Леня по творческому замыслу директора должен был написать сценарий в стихах.

– Они издеваются! – ответил Леня Сомову. – Это же фирменное неуважение!

– Форменное, – машинально поправил Сомов.

Сценарий горел.

– Двенадцать рублей за такой титанический труд! – возмущался поэт. – Хороший сценарий – это же высокое искусство, его никакими деньгами не измеришь. По крайней мере не меньше двухсот рублей стоит!

– Так это же чужим платят, а ты – свой…

– Я своим на таких условиях быть отказываюсь. Так и передай, что писать не буду.

Сомов, думая, что делает благородное дело, принялся перед директором осторожно отстаивать интересы приятеля. Сказал о том, что сценарий – это высокое искусство, а о деньгах от себя добавил, что у Лени двое детей.

Директор оторвался от кроссворда и спросил:

– Вы, кажется, с ним друзья?

Сомов смутился, будто его уличили в интимной связи с непорочной девушкой.

– Знаем друг друга…

– Значит, друг друга хорошо знаете?

– Ну, как хорошо… – неожиданно для себя заговорил Сомов. – Жили раньше соседями… Он заходит ко мне!

– Значит, заходит?

Сомов помычал, выдавил:

– Редко.

Самое противное было в том, что он говорил правду. Директор задумался, глядя сквозь инструктора на картину участника изостудии дома культуры Терентьева «Степной богатырь». В скобках стояло пояснение: «Трактор „Кировец—701“, модифицированный».