Михаил Гущин. Возвышение рода

Когда европейцы уничтожили цивилизацию ацтеков, эта вещь перекочевала в Европу…

– Простите, но к чему вы рассказываете нам все это?

Неужели Серпухов проговорился об артефактах? Интересно, кому еще они сказали? Может, за мной уже охотятся, потому как думают, что маска может быть у меня?

– Молодой человек, вы должны уловить взаимосвязь между происходящим, иначе суть останется непонятной. Как вы думаете, отчего Франция захватила почти всю Европу, но прошла мимо Пруссии и Балканского полуострова?

– Потому что у Пруссии была сильная армия, которая могла бы замедлить победоносное продвижение войск Наполеона? Он просто отложил ее на потом.

– Ах, вы тоже сторонник милитаристской теории? – Чудинов всплеснул руками. – Господин Гущин, откройте глаза! У Пруссии просто не было реликвий, которые можно было отнять, а вот в итальянской Генуе и Греции, наследнице славного византийского прошлого…

– Вы хотите сказать, что война началась из-за артефактов?

– Война началась из-за желания владеть миром, – серьезно произнес Чудинов.

– Хорошо, но как нам это поможет решить проблему с Родионовыми? Как это вообще относится к этому?

– Напрямую! – Чудинов сел в кресло и облокотился на спинку, посмотрев сначала на меня, а потом на Серпухова. – Родионовы получили такую силу не просто так. Как и Градовы, они получали поддержку из-за рубежа, понимаете? Великое княжество должно было вспыхнуть и развалиться, словно карточный домик, а его соседям достались бы самые лакомые куски.

– Есть ли вообще кто-то, кто не позарился на наши земли?

– Если отбросить еще Османскую империю, Шведское королевство и Литовское княжество, то больше никто. Но я не об этом. Вы помните что происходило в Воробьевском дворце во время переворота? Мне известно, что вы были там.

– Да, я отлично помню падение Преображенских…

– Помните что случилось с Василием?

– Повелитель крови?

– Именно! По нашим данным Родионовы тоже там были, и скорее всего реликвия, принадлежавшая Преображенским, теперь находится у них.

– О какой реликвии вы говорите?

– Тринадцатая реликвия, Ритуальный нож! – Чудинов понизил голос и склонился вперед, словно нас могли услышать. Его руки затряслись от волнения и сами потянулись к книге.