Смирительная рубашка для гениев

Это только с первого взгляда Петербург нарисован светом и красками, а еще тьмой. Нет. Суть его – сумерки. Люди ходят по улицам странного города в сумерках – словно бы сами в сумеречном состоянии – и, щурясь, вглядываются сквозь свет реклам, в дворцы и мосты, окна и подворотни.

– И Ангелов, – снова повторил Аркадий, глядя на гостя.

– Город полон Ангелов, только нужно увидеть их на кладбищенских памятниках, на церквях и дворцах… Мы – в этом городе, и город – в нас, и мы – этот город.

<Почему так холодно? – подумал Аркадий, обхватывая руками плечи. – Почему холодно? И изо рта пар идет.>

Изо рта действительно шел пар, нужно накинуть что-нибудь на плечи, но Аркадий был уверен, что когда он отвернется за халатом, который висел возле кровати, гость исчезнет.

– Случается, что влюбленные превращаются в Ангелов, – продолжал гость. – И остаются в этом городе навсегда.

– Мне это не грозит, – сказал Аркадий, улыбнувшись грустно. – Я не знаю, что такое любовь. Страсть – это да, женщин я люблю. А любовь? – он пожал плечами.

– Вы ошибаетесь, вы найдете свою любовь. Очень скоро найдете.

Аркадий удивленно вскинул брови.

– Откуда вы знаете?

– Ее зовут Анжела, она моя давняя знакомая, и я рад, что она выберет именно вас.

– Что за Анжела? Аркадий пожал плечами.

– Вы скоро познакомитесь с ней, – улыбнулся Ангел. – Она в доме скорби.

– Какой скорби? – Аркадий насторожился. – В тюрьме, что ли.

– В сумасшедшем доме. И вы будете там лечиться, – сказал Ангел, почесав завязанную шарфом щеку.

– Я что, сойду с ума? – с ужасом проговорил он, почему-то веря каждому слову ночного гостя, ну, если и не веря, то не сомневаясь ни в одном из них.

– Вы уже сошли, только еще не знаете об этом. Иначе я бы к вам не приходил.

Несмотря на ледяные руки и ноги, Аркадий смахнул со лба мгновенно выступивший пот.

– Теперь и я знаю, – трагическим голосом проговорил он. – Теперь и я знаю, что я сумасшедший.

– Нет, – покачал головой ночной гость. – Вы проснетесь и не будете ничего помнить. А сейчас мне пора. – Он поднялся и протянул холодную руку. – Прощайте.

Исчез накрытый грязной клеенкой стол со свечей, исчезла посуда с объедками, исчезли табуретки, да и сам Ангел в живописных лохмотьях исчез. Аркадий стоял посреди комнаты, протягивая в пустоту руку, мгновение назад пожавшую ледяную длань Ангела.

<Сумасшедший дом. Сумасшедший дом. – вертелась в голове запечатленная в ней фраза. – Значит, я уже сошел с ума.