Смирительная рубашка для гениев

Аркадию сделалось страшно, панически страшно. Он хотел закричать, но почему-то не смог. Бомж вдруг есть перестал, поставил миску на стол, неторопливо и старательно облизал пальцы, поднял голову и посмотрел на него ясными глазами.

Это был Ангел. И почему Аркадий не узнал его сразу?..

– Фу ты! – он положил руку на сердце и уселся на свободную табуретку напротив гостя. – Я вас сразу не узнал. Смотрю какой-то бомж тут жрет, думаю, чего он ко мне-то притащился, ел бы у себя на помойке. Вас что – ограбили? – он обвел взглядом убогую обстановку жилища Ангела, хотя и знал, что никакое это не жилище Ангела, а его собственная комната.

– Да нет, – пожал плечами Ангел со шрамом. – Трудно ограбить того, у кого ничего нет и не будет, просто такое настроение. Я прихожу всегда в разных обличиях, как приходит Ангел смерти. Кстати, я еще в прошлый раз спросить хотел. А где ваши крылья? Крылья-то должны быть, раз вы Ангел, – полюбопытствовал Аркадий, ставя собеседника в тупик, но собеседника не так легко было поставить в тупик.

– Сложены, – с грустью вздохнул он. – Крылья даются для того, чтобы летать.

– А зачем вы спустились с неба? – продолжал интересоваться Аркадий.

Он снял с ледяной ноги тапочку и поджал ногу под себя.

– Я живу на земле, ведь я плод человеческой фантазии. Ангелы, живущие на небе, и созданы на небе, а я создан на земле. Оглянитесь вокруг. В этом городе множество львов, грифонов, сфинксов.

– И ангелов, – догадался Аркадий.

– И ангелов, – подтвердил гость.

Аркадию вдруг все стало ясно. Ну, конечно! Он всегда подозревал, что этот город наводнен существами из потустороннего мира. Каждый раз, выйдя поздним вечером на набережную Невы, он изумлялся мрачной загадочности этого величественного города. Не обманывали яркие, переливающиеся огни реклам, отутюженные новенькие здания из стекла и бетона, выраставшие вдруг посреди города: они выглядели здесь скорее случайными туристами из заморских стран. И Петербург за цветными вывесками, движущимися картинками на огромных рекламных щитах, перемигиванием разноцветных огоньков всегда пасмурен и хмур.

И за этими яркими рекламами, и за холстами с нарисованными домами, которыми закрывают реставрируемые и разрушаемые здания. за ними грифоны и сфинксы, монстры. и Ангелы.