За Калиновым Мостом. Битва за источник

И именно поэтому Василиса и томилась там, в самом неприступном месте трясины Тридевятого царства, чтобы всяким разбойникам с большой дороги неповадно было туда лезть. И плюс ко всему терем её по указу царя хорошо охранялся, для чего там день и ночь дежурил никто иной, а сам Добрыня Никитич. При звуках этого имени Соловей-Разбойник скривился так, будто его заставили отведать клюквы.

– А я говорила, что не так уж легко к терему пробраться! – кивнула Кикимора.

– И он не покидает пост? – спросил Соловей-Разбойник.

– Ну, если только по зову личной надобности! – ответила Кикимора.

– Ничего! – сказала Яга. – Скоро он его покинет надолго!

– А какая разница? – спросил Соловей-Разбойник. – Один богатырь, всего-то!

– Не забывай, как когда-то богатыри уже заставили тебя понервничать! – усмехнулась Яга.

– По-твоему, я тогда с ними не справился? – вспыхнул Соловей-Разбойник.

– Откуда мне знать? – пожала плечами Баба-Яга. – Я знаю только, что в тот вечер вы оба пришли ко мне малость побитые, а кое-кому даже зубной лекарь понадобился.

При воспоминании о том дне Соловей-Разбойник почувствовал, как его челюсть вновь свело судорогой.

– Да вечно так! – буркнул Соловей-Разбойник. – Ни одно дело с участием Лиха без потасовки не обходится! И прошу заметить, в тот вечер все тоже началось по его милости! А ведь было все тихо-мирно…

***

В деревенском трактире все было тихо-мирно, ровно настолько, насколько это вообще может быть в подобного рода заведении. Особенно вечером, когда практически вся мужская часть деревни собирается там, дабы отдохнуть от трудов праведных.

И конечно же, Соловей-Разбойник и Лихо Одноглазое никак не могли пройти мимо без того, чтобы не заглянуть на этот праздник жизни.

– Рахманыч, ты пойми! – сказал Лихо. – Толпа дурней, разум которых затмило пиво! Чего еще нужно таким бродягам как мы, для полного счастья?

– Тут только один дурень,– сказал Соловей-Разбойник. – Который стоит сейчас рядом и уговаривает меня на грошовое дело, после которого долго ещё будет пыль столбом стоять! Овчинка выделки не стоит, дружище!

Соловей-Разбойник поглядел на своего старого приятеля.

Сегодня Лихо Одноглазое выглядел как молодой парень, одетый в ярко красную рубаху и синие шаровары. На лице его красовалась повязка, закрывающая один глаз, словно у морского разбойника, коих Соловей уже успел повидать на своем веку.

– Рахманыч, у нашего народа две беды – это дураки и дороги! – сказало Лихо.