Дорогами илархов

Решил преградить путь.

Фидар обернулся и крикнул Исмену:

– Убери его с дороги!

Сам он не мог вступить в бой, так, как вел вьючную лошадь.

Исмен продолжал держать в правой руке копье с окровавленным наконечником. Не задумываясь, он перехватил его обратным хватом и метнул в старшего охранника. Точно в кадык! Лошадь сака испугалась и шарахнулась в сторону. Всадник упал в грязь.

У самого выезда затор из телег. Беглецы плетками расчистили себе дорогу. Испуганные погонщики разбежались. Волы рванули повозку, что застряла в проезде.

– А где Колобуд? – вспомнил Исмен.

– Догонит, – спокойно ответил Фидар.

Охранники бросились к загону с конями, чтобы организовать погоню. Не тут-то было. Будин одним ударом кувалды повалил половину загона. Репейник вцепился в ляжку одному из коней и тут же, увернувшись от копыта, отпрыгнул в сторону, вновь вцепился. Одурев от боли, конь рванул, не разбирая дороги, а за ним в панике и все остальные.

– Теперь они долго будут их ловить, – рассмеялся Фидар.

Один из стражников пытался ударить Колобуда копьем, но промахнулся, и тут же упал с раздробленным черепом.

Степь расстилалась пестрым цветущим ковром. Благоухала так, что голова кружилась от ароматов. Солнце начинало приятно припекать. Порхали пестрые бабочки, стрекотали неугомонные кузнечики. Юркие ласточки носились в небе друг за другом.

– Привал, – скомандовал Фидар и устало слез с коня.

– За нами не будет погони? – спросил Исмен.

– Нет. Саки караван не бросят, – успокоил он. – Не хорошо, конечно, получилось. Но мы не виноваты. Они сами напросились.

Исмен сел в траву, потянул колени к подбородку и застыл. Лицо его побледнело, а глаза расширились.

– Что с тобой? – испугался Фидар.

– Я убил двух человек, – прошептал он.

– Экая невидаль. Ты и раньше убивал. Помнишь Скопаса или того роксолана у реки?

– Нет, ты не понял меня, – как-то совсем глухо выдавил из себя Исмен.

– Брось, – успокаивал его Фидар. – Вон, видел, как будин голову саку, словно орех расколол, – и ничего, не переживает.

– Нет, – подтвердил Колобуд. – Я бы еще с удовольствием Заратату голову снес и всему его племени поганому. А потом бы песни пел.