След подковы

– А ваш солдатский комитет в курсе, что Вы являетесь агентом германской разведки?

– Они в курсе, что я, используя германскую разведку, организовал возвращение из эмиграции руководства РСДРП во главе с товарищем Лениным.

Барон на некоторое время задумался и затем кивнул головой Красильникову. Тот достал из кармана браунинг, но медлил отдавать. Федор Михайлович достал пистолет из ящика стола и передал его одному из курсантов. Следом за ним сдал оружие и Красильников.

Барон, стараясь не смотреть на Ковалева, сухо обратился к курсантам.

– Господа большевики, надеюсь, вы в курсе, что я содержу школу на свои средства. К сожалению, они иссякли, и я вынужден завершить ваше обучение. Посему вынужден просить покинуть мою усадьбу в двадцать четыре часа.

Ковалев ухмыльнулся. – Вы не до конца понимаете всю серьезность вашего положения. Мы вынуждены до суда подвергнуть вас аресту.

Красильников не выдержал и попытался одернуть Ковалева. – Какого суда? Ты, Ковалев что?

Но тот был невозмутим. – Революционного суда.

Надеюсь, вы не будете отрицать, что являетесь организаторами покушения на товарища Ленина. Для полного комплекта не хватает только поручика Болшева. Я не ошибаюсь?

– Поддонок.

Ковалев в ответ лишь засмеялся и скомандовал курсантам. – На гауптвахту их.

Когда барона и Красильникова вывели из библиотеки, Ковалев по-хозяйски расположился за столом, начал доставать из ящиков документы и бегло их просматривать. Среди множества документов его внимание привлекло темное от времени письмо Курбского.

Ковалев его внимательно изучил и подумал, – а ножичек действительно может дорогого стоить…

В небольшом помещении у стены стояли два топчана. Свет сюда попадал через единственное маленькое окошко, закрытое кованой решеткой. Красильников нервно прохаживался по помещению и разговаривал с бароном, который безмятежно сидел на одном из топчанов, откинувшись спиной на стену.

– Не надо было отдавать оружие. С ним бы они нас просто так не взяли.

Федор Михайлович возразил на этот упрек.

 – Уже есть случаи, когда за отказ сдать оружие, расстреляны офицеры.

– Нужно что-то делать… Они нас будут судить… Бред… Боже мой, какой же бред!

Не обращая внимания на взвинченное состояние Красильникова, барон вслух восторгался действиями Ковалева. – Какой уровень, Ковалев работает потрясающе! Просчитывает ситуацию на –ять. Выстраивает блестящие многоходовые комбинации.

– Федор Михайлович, Вы меня извините, но я не понимаю Вашего спокойствия.