Белое пятно

– А ты ничего не скрываешь? Юлианов не зря прицепился, что-то вызнать хочет.

– Подозревает, для злых духов продукты купил…

– Скажи-ка мне, сынок. – неожиданно встрял отец. – Это правда, что капитан про Германию рассказывает?

Ерема насторожился.

– Что он рассказывает?

– Будто у тебя там баба была, немка.

Лаврентий папиросным дымом захлебнулся.

– Слушай его больше! – огрызнулся Ерема. – Наврали все, оговорили. Ничего не было!

– Ну-ка, ну-ка! – прокашлялся брат. – И помалкивал?

– Что говорить-то?

– Так было или нет?! – застрожился отец.

– Немка была, квартирная хозяйка. – признался Ерема. – Когда увидел, так ее жалко стало. Ходит у ворот, плачет.

Последние слова произнес так, что Лаврентий рассмеялся – не поверил.

– Да ладно темнить-то! Дело прошлое. Ну, ты даешь, поскребыш. А на вид тихоня, интеллигент! Тебя за это и из комсомола турнули?… Всю карьеру себе испортил. Как тебя теперь в партию принимать? Как герой труда годишься, а как лисность?… Биография не проходит.

– На что мне это в тайге?

– Ничего, пригодится! – серьезно заверил брат. – Партия, это путь, это шанс стать большим человеком… Между прочим, я жду назначение в обком.

– Ох, не связывался бы ты с ними, Лаврентий. – простодушно посоветовал Ерема. – Наш дед не зря отказался.

– С кем это – с ними?

– С коммунистами.

– Чьи это ты слова повторяешь, поскребыш? – встревожился брат. – Что несешь? Да, подействовала на тебя Германия.

А отец понял по-своему.

– Он как покойный дед, в тайгу ушел – не выманить. – заключил он. – И жениться не хочет, умную ему подавай… По этой немке сохнешь?

У Еремы от обиды челюсть свело.

– Что вы пристали оба?… Я в прокуратуре оправдывался, в политотделе. Этот особист меня трепал. Теперь и вам доказательства надо? Слову не верите?

– Скрытный ты стал, Ерема. – заявил отец. – Я это заметил, как ты со службы пришел. Людей сторонишься, ничего не рассказываешь.

– Доверия у меня к людям нету.

– И к родному отцу? – возмутился Лаврентий. – К брату?

– Я не про вас говорю. А так хочется жить нараспашку…

– Нараспашку, это как? – язвительно вымолвил брат. – Стоять и в небо пялиться? На звезды?

– Да при чем тут звезды? Хотя интересно, когда падают, можно желание загадать…

– Загадал?

– Обычно не успевал, – признался Ерема. – Да и желания были пустяковые. Нынче весной первый раз загадал.