Дива

Данила слегка прогрелся изнутри и снаружи, но великий трезвенник и борец с алкоголем Шлопак пить отказался наотрез, натирать грудь и ноги тоже, и чуть его не вылил. Отошли подальше от алтаря, залезли под выворотень, соорудили гнездо и вздумали ночь прокоротать, однако целителя колотит – где здесь уснешь?

Тут и началось! Вдруг на острове, где Дор был, петухи заорали. Кричали эдак минут пять, угомонились, и слышно, там музыка заиграла, свирели, бубны, жалейки, гудки: в общем весь старинный набор инструментов. Потом огни вспыхнули и пляски начались у костров! Академики знают, там никого не должно быть, а люди прыгают, скачут, орут какие-то заклички, будто призывают кого-то.

Шлопак аж задрожал весь – то ли от страха, то ли от радости, что слышит и видит то, что искал. Может, и от холода, поскольку оба мокрые были, накупавшись в трясине, и еще студеный туман поднялся.

И здесь из болота между островов встает нечто белое, по фигуре, так женщина, стоит она на обыкновенной телеге, обращена лицом к академикам.

Борута не испугался, не зажмурился и узнал – да это же Дива Никитична! В белом халате, как обычно она ходит у себя на маслозаводе, в такой же косынке и в руке – бидончик с молоком.

А целитель колотиться перестал и шепчет:

– Кикимора! Так вот она какая…

– Сам ты кикимора. – панибратски проворчал Данила. – Это жена Дракони, Дива…

– Это кикимора из болота восстала! – уверенно заявил Шлопак и достал блокнот, чтоб ее срисовать.

Только тут Борута и разглядел, что она велика ростом и одета в сверкающую, колючую сутану – будто толченым стеклом обсыпана!

– Все равно похожа на Диву Никитичну…

– Что у нее в руке? – спросил целитель.

 – Какой-то цилиндр? Или свиток?

– Бидончик. – определил Данила. – Алюминиевый, трехлитровый…

Шлопак встрепенулся.

– Это похоже на серебряный сосуд! В котором древние алхимики хранили свои знания!

– Да какой сосуд? Обычная тарка, на ферму за молоком ходят…

– Подумай сам: зачем она на болото пошла с бидоном?

– Да она всех молоком поит, блажь такая у бабы.

Заодно проверяет на оборотничество.

– А как?

Все, о чем рассказывал Борута, Шлопак считал тайными знаниями предков и их записывал. Поэтому новоиспеченный академик если что и присочинял, то обычно для образного выражения.

– Оборотни парного молока не выносят. – сообщил он. – Испытуемого надо облить парным или покропить. Если оборотень, сразу же обернется, кем был. Однажды даже скандал случился на партийном собрании колхоза.