Додекафония

– Ты чего себя академиком возомнил? В себя поверил? Откуда тебе понять, что заслуживает оваций, что нет? – выпалил он; с напускной растерянностью огляделся по сторонам и добавил брезгливо, – кто это такой вообще? Где Евгеньевич? Пускают кого попало!

– Популярное заблуждение, – бойко парировал Сашка, – любой, кто хоть немного в музыке разбирается сразу поймет плохая она или нет.

– Тому, кто разбирается немного, не дано сочинять! Помалкивал бы! Пивко с водкой вон лучше хлебай! – дрожащими губами проговорил Лилеев и огляделся с надменной ухмылкой, выискивая одобрение.

– Да уверен если попробую, у меня не хуже выйдет, – весело ответил Сашка и подмигнул какой-то девушке напротив. Та отвернулась.

– Ну беги, сочиняй! – взорвался Лилеев, указывая бокалом на рояль, – языком трепать вы все горазды – академики.

– Да как делать нечего! – выпалил Сашка и уже было привстал из-за столика как Генка его придержал.

– Вы еще «батл» устройте! – весело выкрикнули из толпы.

– Точно! Точно! – подхватили остальные, – «Батл» давай!

Лилеев на мгновение замешкался, снова бросил на Сашку презрительный взгляд, в глазах заблестел азарт.

– Пари заключим! – громогласно объявил он, – от каждого произведение новое. Победит которому рукоплескать хлеще будут. Успеешь до конца лета сочинить? Не сольешься?

– Успею!

– Другое дело. Дуэль на тридцать первое августа назначим: в мой день рождения! – торжественно объявил Лилеев, – Гена, а ну разбей!

Дуэлянты сцепились ладонями.

Гости наполнили зал овациями еще большей силы. Лилеев, казалось, забыв о нанесенной обиде, закончил обход зала и вернулся к роялю.

– Тридцать первого! Не проспи! – крикнул он Сашке и взмахнул бокалом —половина пролилась на клавиши.

– В полночь! – дерзко ответил Сашка, – мой первый в жизни опус – ваш! – добавил он и театрально поклонился гостям.

Лилеев осушил бокал, бросил в Сашку снисходительный взгляд, расхохотался и направился к ступенькам.

Сашка тут же вскочил; постоял немного, справляясь с «вертолетами»; подошел к роялю, и платком аккуратно вытер клавиши. Диджей почтительно дал ему под козырек и запустил пластинки. Не прошло и пары секунд как танцпол наполнился истомившимися по ночной движухе гуляками.

* * *

Подошел Завьялов с рюмкой и лаймом в руках.

– Смело! – начал он.