Влад Хельсинг

Затем прозвучал голос Цента:

– Кто там?

– Это я! – истошно завопил Владик.

– Я – это кто?

– Это Владик! Владик! Пусти меня скорее!

– А как докажешь, что это ты? Потому что меня еще в детстве научили незнакомым дядькам и теткам дверь не открывать. Особенно теткам. Тетки, они такие. Их только пусти в дом. Не успеешь опомниться, как ты уже женатый подкаблучник, а тетка на тебя орет и все время указывает, что делать.

– Господи! – взвыл Владик. – Открой! Прошу!

– Надо бы нам разработать какую-то систему паролей-отзывов, – из-за двери произнес Цент.

 – Например, ты говоришь – «Владик», а я говорю – «бит по почкам». Или ты говоришь – «Владик», а я говорю – «долго не протянет».

Вадик действительно чувствовал, что долго он не проживет. Особенно, если изверг не прекратит издеваться и не отопрет дверь в самое ближайшее время. Ведь ужасный монстр может нагрянуть сюда в любую минуту.

– Открой! – стенал страдалец. – За мной гонятся.

– Кто? – спросил Цент.

 – Зомби? Ты притащил сюда мертвецов? Если так, то оставайся снаружи, вместе с ними. Потому что я сегодня гостей не жду.

Владик упал перед дверью на колени, и слезы хлынули из его глаз. Темные силы и вполовину не были бы так страшны, если бы им не подыгрывал Цент.

– Кто там? – услышал Владик голос Машки. – С кем ты разговариваешь?

– Да кто-то постучался, – ответил ей Цент. – Аресом, должно быть, ошиблись.

– Это я! – завопил Вадик, срывая голос.

 – Машенька, это я!

– Там же Владик! – опознала его Машка. – Впусти его.

– А стоит ли? – усомнился Цент.

– Ну, не снаружи же ему ночевать.

Цент что-то проворчал, кажется, удивлялся, в силу каких причин программист не может скоротать ночь на свежем воздухе, но дверь все-таки отпер. Едва та распахнулась, как Владик ворвался внутрь, едва не сбив с ног бывшего рэкетира.

– Мать моя! – невольно вырвалось у Цента.

– Господи! – ужаснулась Машка. – Владик, что с тобой?

– Закройте дверь! – вопил программист, дико вращая безумными от ужаса глазами.

 – Закройте ее и заприте на все засовы! Скорее!

Слегка напуганный ужасным видом программиста, Цент поспешил сделать так, как тот просил.

– Владик, что случилось? – допытывалась Машка.

Владик выглядел кошмарно. Вся его одежда была в грязи, лицо и ладони тоже. На физиономии красовались свежие синяки и царапины, но более всего пугали его глаза.