Перунов век. Мировое древо

Надеяться на благосклонность Макоши не приходилось, поэтому, когда Людмила Александровна вошла в зал, конечно же, все взоры обратились к ней. Будто ей и так было мало разговора с чурбаном в лице Громова.

– Вы быстро вернулись, Людмила Александровна, – дочь графа Туросова одна из подружек Лизы, которая, как правило, молчала, когда подруга была рядом, теперь решила показать свои зубки.

– Мы думали, что уже попрощались на сегодня с вами и великим князем, – продолжил молодой Борский.

– Перестаньте смущать девушку, это невежливо, – Туросова, как ни в чём не бывало, улыбнулась Людмиле, будто не она первая завела этот разговор.

– Это ужасно, когда приходится распродавать вещи, которые принадлежали твоему роду. Мой отец бы этого не выдержал, – княжна Бессмертная, девица одного из самых богатых родов империи, решила сменить тему, но стало только хуже.

Княжна Чернышёва и представить себе не могла, как все эти воспитанные и одухотворённые особы могут расползтись по углам и начать кусать всех, кто окажется поблизости.

– Если это имущество не твоё, то не так жалко, – красавец Борский в крылатой форме синего цвета тряхнул русыми кудряшками.

Велеславский молчал. То ли не хотел вступать в ссору, то ли знал, что если начнёт, то уже не сможет остановиться. Людмила посмотрела на напряжённого друга и решила, что пришло время закончить все неприятные разговоры.

– Легко рассуждать, когда у вашего отца есть всё. Будем надеяться, что когда вы столкнётесь с подобными затруднениями, то найдёте более быстрый и лёгкий выход из ситуации.

В её голове эта фраза выглядела более примиряюще, но, кажется, княжна Чернышёва только растревожила голодных рептилий.

– Советы раздаёте? – Туросова с интересом посмотрела на Людмилу.

– Ей теперь можно всё, – княжна Бессмертная вздохнула и закатила глаза.

– Кто-то подсказал или сами догадались, что императорский племянник – решение ваших проблем? – Борский решил распустить свои синие перья перед девушками из того круга, в котором княжне Чернышёвой были не рады.

– Как вы смеете? – Людмила почувствовала, как в висках застучала кровь, и перестало хватать воздуха.

– Не отрицайте, так только хуже. Поверьте, вас никто не осуждает. Просто завидуют, что успели раньше, – Туросова продолжала улыбаться.