Семь клинков во мраке

И я взяла его ладонь. И не смогла вспомнить ни когда его пальцы превратились в семь черненых клинков, ни когда они пронзили мою кожу, ни сколько крови из меня вытекло. Но когда снова взглянула в его лицо, его рот был полон клыков, глаза стали черными провалами, и он проговорил сквозь алые потоки, стекающие по его подбородку:

– Меня зовут Джинду.

Я проснулась с криком. Вот только еще этого не знала.

Я не чувствовала под собой простыней, вымокших от моего же пота. Не видела льющийся сквозь окна слабый свет луны.

Голова была по-прежнему полна им. И, проснувшись, я по-прежнему видела перед собой черные провалы его глаз. Ощущала пронзившие кожу семь клинков. Чуяла запах хлещущей крови.

Крик перешел в рык, ладонь сжалась в кулак. Я взбрыкнула, со всей силы ударяя в тени, где он только что был. Он был всюду, куда бы я ни била. По-прежнему улыбаясь ртом, полным крови.

Я ударила еще. Мое запястье поймала ладонь. И второе. Что-то мелькнуло в темноте, отразив свет.

– Сэл!!!

Я все колотила кулаками, но она не дрогнула. Я все кричала, но она не прекратила звать меня по имени. И лишь когда я ощутила тепло – кроме того, что источало мое охваченное лихорадкой тело, – я наконец смогла сдержаться.

Она сидела на мне верхом, и ее волосы ниспадали спутанными прядями. Глаза даже без очков казались огромными – я даже различила их в темноте. Взяв мои ладони, содрогающиеся с каждым вздохом, она прижала их к своей обнаженной коже.

– Сэл, это я, – произнесла Лиетт. – Это я.

Она повторяла эти слова, пока ее голос не стал шепотом, а тело не налилось тяжестью. Лиетт медленно сползла на постель, одной рукой притянула меня ближе, другой погладила по волосам.

Она не стала спрашивать, что я видела, не стала говорить, что это был всего лишь сон. Она не произнесла ничего, кроме тех двух слов, которые повторяла раз за разом, пока мое дыхание не успокоилось, а тени не перестали блуждать перед глазами.

Я закрыла глаза, чтобы последовать ее примеру. Но чувствовала, как с другого конца комнаты на меня взирает пара глаз. Как сквозь кожаную кобуру горит бронза, как скалится пасть. И пусть у него не было языка, я расслышала во мраке голос.

И он смеялся.

Усилием я прогнала этот голос из головы – как и тот, что пришел из сна.