Гарем и легкость

Чисто теоретически такие же права имела ещё и армия. В реальности же врагов армии внутри города не водилось, и крайне редкие патрули из армейских промышляли преимущественно тем, что ловили точно таких же, как они, пьяных служивых.

Ах, если бы муж Алии был военным, армейским! К сожалению, здоровенный громила-орк служил совсем по другому ведомству. Формально стоя ниже армейских в государственной иерархии, на деле данный индивидуум мог даже и насмерть зашибить сейчас Бронкса без особых последствий для себя лично.

Масла в огонь подлила пронзительно закричавшая в ту же секунду Алия.

Выносить крики женщины, да ещё и такой красивой, было выше сил гнома.

Недолго думая, представитель подгорного народа ухватил массивную каменную пепельницу, стоявшую на прикроватной тумбочке явно с той стороны, где спал хозяин дома.

Возвышавшийся сейчас в дверях.

Пепельница была предназначена для раскуривания не простых сигарет, а массивных и дорогих сигар, потому и сама была выполнена из весьма основательного и прихватистого куска малахита.

Как бросать натуральным камнем в лоб, никакого гнома учить не нужно. Стремительное и плавное движение кисти руки – и тёмно-зелёный тяжёлый снаряд, мелькнув в воздухе, безошибочно угодил в середину лба супруга орчанки. Здоровяк повалился на пол, как подкошенный. Как стоял на прямых ногах, с правой рукой под левой подмышкой – так и рухнул лицом вперёд, вызывая содрогание пола, как при землетрясении.

– Как бы не зашиб ненароком! – запереживал Бронкс.

Он тотчас проворно соскочил с кровати и уже через секунду накладывал массивную ладонь поверх горла поверженного, для чего того пришлось перевернуть на спину.

– Эй, ты чего творишь?! – взволновалась Алия с кровати. – Ты его что, придушить в нашем доме задумал?!

– Да Бог с тобой! – моментально снял напряжение подруги гном. – Пульс его проверяю! Биение сердца, то бишь.

Бронкс знал: если проехать много дальше, на восход, тамошние лекари много диагнозов таким образом поставить могут.

– Тихо… – скомандовал он для важности, заодно придавая лицу то выражение, которое полагал заботливым. – Жить будет! – победоносно возвестил он ещё через мгновение, потирая руки.

– Да я как-то и не сомневалась, – почти равнодушно повела красивым плечом Алия, поворачиваясь на бок и являя взгляду Бронкса пару аппетитных полушарий (на сей раз – тех, что пониже спины).