Прокурор с Эльтона

Пока она искала способ его выключить, с голоканала рассказывали о молодых курсантах Академии Космического Флота, списке экзаменов, которые они сдают для поступления, возможностях, которые получают по окончании. Затем пошла нарезка красочных десятисекундных промо-роликов из жизни студентов и короткие интервью в стиле вопрос-ответ.

– Вам нравится Академия?

– Лучшее место во Вселенной!

– Какой ваш любимый предмет?

– Полёты, разумеется!

– Чем вас кормят в столовой?

– Только самой вкусной и свежей едой, никаких консервов и искусственных красителей.

– Что вам нравится в Академии больше всего?

Элиза нашла взглядом пульт между диванными подушками, ухватилась за край скользкого пластика, с победным настроением вытащила его, а когда обернулась, мир раскрошился на миллион осколков. Что-то хрустнуло. Плотину отчуждения прорвало.

– Качественное образование, в первую очередь. Во вторую – замечательные преподаватели с богатым жизненным опытом, ну и в третью – в Академии Космофлота учатся самые смелые и умные девушки.

В потрясающем синем кителе с золотой звездой на груди стоял Эрик Вейсс собственной персоной. Он сверкал белоснежной улыбкой и притягивал к себе смущающуюся, но очень красивую ларчанку, а в его глазах неповторимых сияли смешинки. Именно в тот день окончательно умерла Элиза Киано. Глупая, наивная полумиттарка, которая искренне верила, что может стать для Эрика Вейсса единственной. Зато родилась другая девушка – Алесса Мариар – не по документам, а по духу.

Долгие десятилетия девушка собирала себя по осколкам, но в тот день она дала зарок – никогда больше не верить мужчинам. Никогда не влюбляться. Особенно в одного мужчину с малиновой кисточкой. От хвостатого красавца-сердцееда она планировала держаться как можно дальше и как можно дольше.

Вдох. Выдох.

Алесса Мариар на миг бросила косой взгляд на кресло первого пилота. Мужчина с малиновыми волосами, связанными в тугой хвост, и двумя тонкими косичками с правой стороны – привычка ещё со времени управления флаером на гонках, чтобы более короткие пряди не лезли в лицо – сосредоточенно вёл истребитель. От напряжения он закусил щёку изнутри и явно о чём-то глубоко задумался. На лице – жёсткая щетина.