Творец Заклинаний

 – Я решил некоторое время держать рот на замке и проверить, не изменится ли ситуация к лучшему.

Вдова смотрела на меня очень долго. Мне стало неуютно, но, видимо, это и было ее целью. Думаю, ей хотелось, чтобы я снова заговорил, сказал еще какую-нибудь глупость, позволив ей потешиться надо мной. Но я временами бываю очень упрям – особенно когда меня подначивают.

Казалось, прошла вечность, прежде чем Мере-сан сказала:

– Хорошо. Теперь, думаю, можем вернуться к нашему делу. – Она взяла у меня карты и разбросала их рубашками вверх, взяв одну наугад.

– Предки! – Я мысленно выругался. Возможно ли, что Фериус виновна в его смерти? Нет, Мере-сан наверняка уже сотворила поисковое заклинание. Она бы знала, если б ее мужа убили. Это просто еще одна проверка.

– Лучше, – сказала вдова, словно прочитав мои мысли. Возможно, так и было: наверняка вдове князя подвластна магия шелка. Она вернула мне карты. – Мой муж постепенно сдавал несколько последних десятилетий.

Я перебирал карты. Если аргоси уверены, что их колоды отражают реальное положение дел в мире, разве новый Верховный маг клана не будет важен для них? Я снова нашел «Верховного мага клана». Карта изображала мужчину в короне на фоне септаграммы, окруженного сигиллами всех форм магии.

– Но от того, старый у нас Верховный маг клана или новый – колода не изменится…

Слова вырвались помимо моей воли, но Мере-сан улыбнулась и коснулась моей щеки.

– Лучше, сын Ке. Намного лучше.

Казалось, я нравлюсь или не нравлюсь вдове в зависимости от того, насколько мои слова были умными или глупыми.

– Вы сказали, что аргоси рисуют другие карты… дискордансы… изображающие людей и события, которые могут изменить мир. Думаете, Фериус Перфекс здесь, потому что надвигается что-то опасное? Что-то, способное… – Как она выразилась? – Способное создать или разрушить цивилизацию?

Мере-сан кивнула.

– Попробуй-ка уснуть, когда тебя обуревают такие мысли. – Ее плечи поникли, а глаза, казалось, провалились в самую глубину глазниц. – Ну а теперь пора заканчивать, Келлен из Дома Ке. Эта беседа была самой долгой за последние двадцать лет. Она меня утомила.

Впору было предположить, что вдова ушла бы гораздо раньше, если б не хотела устроить мне эту проверку.