Власть войны. Книга первая

Однажды они попали в засаду, устроенную местной бандой головорезов. В ту ночь Мисрип пал от руки убийцы. Когда Афадор на рассвете вернулся в казарму, там их ожидал Галат, он уже знал, что они попали в засаду, потому имел встревоженный вид. Он увидел идущего к нему Афадора с телом Мисрипа на плече и застыл в ужасе. Афадор не смог в ту ночь посмотреть в глаза другу. Единственное, что он смог выдавить из себя, это слабое «прости». Но Галат его уже не слушал, он снял с плеча Афадора тело брата и, уложив его на землю, склонился над ним и стал оплакивать.

Придя в себя и собравшись с мыслями, он вошел в зал, где, как и было сказано, его ждал Галат. Он сидел спиной к нему на одной из скамей и читал какую-то книгу. Подойдя ближе, он увидел, что это древний фолиант на неизвестном ему языке.

– Все читаешь свои книги?

Галат закрыл толстый том и медленно встал, повернувшись к Афадору.

– Тебя ждут в зале совета. Времени нет, нужно идти сейчас.

– Неужели такое срочное дело?

– Более чем. Удалось выяснить, где скрываются некроманты.

– Дай угадаю. Они хотят, чтобы я возглавил атаку?

– Этого я не знаю.

Галат развернулся и зашагал прочь, как вдруг Афадор сказал ему вслед:

– Постой, Галат! Я знаю, что сейчас не лучший момент, но мы с тобой так и не поговорили. – Галат замер на месте. – Я сам себя ненавижу, как и ты меня. Я не уберег Мисрипа на поле сражения и живу с этой мыслью уже не один год.

Галат продолжал стоять к бывшему другу спиной, но все же ответил ему:

– От твоих слов не станет легче.

– Будь у меня выбор, я бы поменялся с ним местами.

Галат повернулся к Афадору лицом и тот продолжил.

– На нас напали так внезапно, что мы и опомниться не успели. Мисрип был рядом со мной, и вдруг я потерял его из виду. Хаос, что творился там, сложно описать словами. На моих глазах умирали совсем еще юноши, дети! – Афадор посмотрел в глаза Галата в надежде на понимание, но во взгляде прочел лишь безразличие.

– Прошло два года, – прервал Афадора Галат, – и только сейчас ты решил заговорить о той ночи? Я не могу обвинить тебя в смерти брата, он определил свою судьбу в тот день, когда вступил в ряды оруженосцев. Но, как я уже говорил, от слов легче не становится. А теперь прости, у меня дела.

Галат развернулся и ушел.