Добыча золотого орла. Пророчество орла

Нет бы дать людям отдохнуть. Молодой центурион уже усвоил, что таков армейский уклад: солдата непременно нужно чем-то занять, ведь безделье – злейший враг дисциплины. Но сейчас случай был особый: люди измотаны, голодны, и их возмущение казалось вполне понятным. Но даже при этом…

Катон пригрозил жезлом паре солдат, чье ворчание достигло его слуха.

– А ну, тихо!

Бойцы – видавшие виды ветераны – умолкли, но, перед тем как отвернуться, одарили центуриона презрительными взглядами. На миг Катона охватила холодная горькая ярость, и он чуть было не приказал наглецам вернуться, чтобы наказать их за дерзость.

Легионер обязан уважать командира, если не как личность, то как старшего по званию и положению. Но пока Катон об этом думал, двое ветеранов уже исчезли в кругу других бойцов центурии, и предпринимать что-либо было поздно. Катон со злости ударил себя тростью по левой ладони и поморщился от боли, которую сам себе причинил будто в наказание за собственную неисправимую нерешительность. Вот Макрон, тот бы мигом обоим яйца открутил.

Повернувшись, Катон увидел, что остальные центурионы направляются к Максимию, за спиной которого так и стоит, дожидаясь невесть чего, конвой. Катон поспешил присоединиться к остальным: презрение к себе, только что так его удручавшее, сменилось тревожным любопытством. Центурионы стали перед командиром когорты тесным полукругом. Максимий по-прежнему был в одной тунике и явно испытывал неловкость, что в таком виде обращается к подчиненным, которые одеты как на парад.

– Легат выслушал мои показания. Сейчас он хочет переговорить с каждым из вас по отдельности. Присутствующий здесь оптион поведет вас на допрос в порядке старшинства. Друг с другом ничего не обсуждать. Все ясно?

– Так точно, командир, – тихо отозвались центурионы.

Потом Туллий поднял руку.

– Да?

– Как насчет солдат, командир?

– А что насчет солдат?

– Кто-то из них тоже потребуется там или как?

– Нет. Пусть остаются здесь. И не стоит их дергать, объяви, что сегодня хозяйственный день.

Туллий хмуро кивнул. «Хозяйственные дни» объявляли редко. Они были, по сути, днями отдыха, когда легионерам формально предписывали приводить в порядок снаряжение, а в действительности предоставляли возможность отдохнуть, поболтать и поиграть в кости. Солдаты, ясное дело, очень любили такие дни, а центурионы, наоборот, относились к этому неодобрительно, считая, что дни отдыха только расслабляют личный состав, нанося ущерб порядку и дисциплине.