Иллюзия правды

– Звони ноль три, идиот, пока тебя не посадили за убийство!

Сергей вздрогнул, достал мобильный и начал набирать номер. Оцепенение прошло.

Я бегло осмотрела Никиту, благо после курса медицины, изучавшегося мной в студенческие годы, сохранились остаточные знания. Видимых повреждений не было, переломов рук и ног, кажется, – тоже. Единственной угрозой могло стать внутреннее кровотечение или повреждение органов. А это может определить только специалист.

Скорая помощь приехала очень быстро. Никиту уложили на носилки и уже в машине сразу начали проводить первичную диагностику.

Я тоже забралась в машину. Ну, куда же они без его невесты! Назвался груздем – полезай в кузов. Я и полезла.

Все обошлось. В больнице Никита пришел в себя. Ушибы, сотрясение и перелом двух ребер – ужасный итог замечательно начинавшегося вечера.

Я здорово испугалась и переживала. Чувство вины, что все это произошло из-за меня и мной спровоцировано, не давало мне покоя.

Все свободное время я проводила рядом с Никитой, пока он не поправился, не прошел курс обследования и не выписался.

А Сергей? Да что – Сергей! После той драки он не появился больше у меня на пути. Даже случайной встречи не было. Скорее всего, он избегал меня. Ну что ж, это его выбор, и он сделал его сам!

Интересно, Сергей, наверное, думает, что, если не выяснять отношения и не пробовать разобраться в ситуации, то и ситуации-то никакой не было? Ему даже не хватило ума позвонить и поинтересоваться, как себя чувствует Никита, как – я.

Для меня он показал всю свою сущность. Такого Сергея я еще не знала – жестокого, равнодушного и чужого. Да, наверное, я все это время себя обманывала и считала, что я для него что-то значу. Значимых людей не бросают. Увы, это всего лишь самообман. Придумала себе сказочку – и поверила в нее. И, что самое страшное, – мне было хорошо в этом самообмане.

Конечно, у меня есть Никита, никуда не исчезал Андрей, хотя его отношение ко мне стало настораживающим. Он как-то особенно бережно стал относиться ко мне, как будто это я упала с лестницы, а не Никита. Я иногда думаю: какая же я все-таки стерва! Ведь Андрей любит меня. Любит, может быть, гораздо сильнее, чем я – Сергея, и ему наверняка невыносимо видеть меня с Никитой.