Искушение страстью

Хэтти прижалась к мужчине всем телом. Ей бы прочесть его мысли, чтобы лучше понять, почувствовать, познать… Она досадливо поморщилась, поскольку исполнить желаемое не представлялось возможным. Мужчина это заметил. Его руки, обнимавшие девушку, стали твердыми, как сталь. Он поднял ее, и руки Хэтти сами по себе скользнули вверх, обхватив его за шею. Он был такой сильный, такой теплый.

Она тихо ахнула, наслаждаясь его теплом, но тут мужчина отстранился. Почему он остановился? Что не так?

– Нет!

Боже правый, неужели она выкрикнула это вслух.

– Я… – Ее щеки вспыхнули огнем. – То есть…

Уит молча ждал продолжения.

– Я бы хотела…

Наконец он соизволил заговорить:

– Я знаю, что вы хотели бы, и дам вам это. Но сначала…

У Хэтти перехватило дыхание.

Сначала что?

Он взял ее руку, судорожно сжимавшую рукав его сюртука. Хэтти отчаянно боялась, что он остановится, так ничего и не начав. Он высвободил свой рукав, но не отошел.

Что он делает? Мужчина повернул ее запястье тыльной стороной к себе и провел пальцами по длинной цепочке маленьких пуговиц.

Она без слов следила за его движениями.

– Вы – настоящий спец по застежкам, – пробормотал он и приступил к работе.

– У вас нет крючка для пуговиц, – сообщила она, – значит, вы не сможете с ними справиться. – Едва произнеся эту тираду, Хэтти пожелала провалиться сквозь землю.

Уит снял с нее перчатку, обнаружив руку, покрытую чернильными пятнами – сказались вечера, проведенные в кабинете над конторскими книгами. Она попыталась повернуть руку, чтобы скрыть неприглядные отметины, но Уит не позволил.

Он несколько минут внимательно изучал пятна, аккуратно трогая кончиком пальца каждое – и в местах, которых он касался, ее кожа вспыхивала огнем. Потом он вернул ее руку себе на предплечье. Хэтти сразу потянулась пальцами к тому месту, где заканчивался воротник его рубашки, над которым виднелась голая шея. У нее кружилась голова, так хотелось к нему прикоснуться, и когда кожа прижалась к коже, и мужчина и женщина застонали от наслаждения. Чернила были забыты.

Вероятно, в комнате был кто-то еще – ведь не могла же Хэтти громко и требовательно вопросить:

– Ну а теперь вы дадите мне то, что я хочу?

Их губы слились в поцелуе. Уит заключил ее в крепкие объятия, а Хэтти прижалась к нему еще теснее. Он раздвинул языком ее губы и стал исследовать рот. Она отвечала ему со всей страстью, на которую была способна, двигалась навстречу ему, изучала его, училась новому для нее искусству.