Искушение страстью

Она атаковала его с того самого момента, когда он открыл глаза в экипаже и увидел ее, болтающую о днях рождения и «годе Хэтти».

– Хэтти. – Уит не собирался произносить то имя и уж точно не намеревался почувствовать при этом удовольствие.

Ее глаза, казалось, стали раза в три… или пять… больше, чем прорези маски.

– Откуда вы знаете мое имя?! – воскликнула она, вскочив. Сейчас она являла собой олицетворение паники и ярости. – Мне обещали, что мое имя никто не узнает.

– Что такое «год Хэтти»?

Вспомнив, что сама назвала мужчине свое имя, Хэтти насупилась.

– А вам какая разница?

Уит не знал, что ответить, и потому промолчал. Зато заговорила Хэтти:

– Полагаю, вы не скажете мне свое имя. Я только знаю, что вы не Нельсон.

– Потому что я слишком большой для Нельсона?

– Потому что вы не соответствуете моим отборочным требованиям. У вас слишком широкие плечи, слишком длинные ноги, вы не очаровательны и уж точно не дружелюбны.

– Это отборочные требования для собаки, а не для ублажателя.

Хэтти вздрогнула, но не попалась на крючок.

– Но главное, это ваше лицо.

Проклятье! Что не так с его лицом? За тридцать один год его жизни на его лицо никто не жаловался. И что может не устраивать эту женщину?

– Мое лицо?

– Да! – Ее речь напоминала набирающий скорость экипаж. – Я просила, чтобы лицо не было таким…

Уит терпеливо ждал. Когда эта женщина прекратит тарахтеть и доберется до сути?

Она потрясла головой, и Уит подавил желание выругаться.

– Не важно.

Суть в том, что я просила не вас, и я не нападала на вас. Я понятия не имею, каким образом вы оказались без сознания в моем экипаже. Хотя, откровенно говоря, вы начинаете казаться мне человеком, который вполне заслуживает хорошего удара по голове.

– Я и не думаю, что это вы на меня напали.

– Правильно, потому что я не нападала.

– А кто?

Пауза.

– Я не знаю.

«Лжет».

Она кого-то защищает. Экипаж принадлежит человеку, которому она доверяет. Иначе она не стала бы его использовать, чтобы приехать сюда.

Отец? Нет, невозможно. Даже эта безумная девица не стала бы требовать от кучера своего отца, чтобы он отвез ее в бордель. Кучера болтливы.

Любовник? Какое-то время Уит всерьез обдумывал идею, что она не только работает на его врага, но и спит с ним. И ему не понравилось отвращение, которое он невольно испытал, прежде чем сумел призвать на помощь разум.

Нет, не любовник. Будь у нее любовник, она не явилась бы в бордель.