Королева теней

Шаола такая публика интересовала не больше чем украшения площади по случаю завтрашнего торжества – дня рождения Дорина. Между окрестными зданиями были натянуты веревки с развевающимися красными и золотистыми флажками и лентами. Сверху они напоминали паутину. Вдоль домов расставили корзины с белыми и голубыми цветами. Склеп под открытым небом, расцвеченный красками поздней весны.

Несарина еще сильнее оттянула тетиву лука, и та издала характерный стонущий звук.

– Осторожно! – шепнул Шаол.

– Несарина сама знает, – ответила ему Аэлина.

– Почему ты здесь? – резко спросил Шаол. – Я что-то забыл.

– Хотела помочь. Или такая привилегия есть лишь у адарланских мятежников?

Шаол удержался от ответа и перевел взгляд на площадь.

От завтрашних действий Аэлины зависело очень многое. Злить ее сейчас было весьма глупо, даже если Шаолу претила одна мысль о том, что завтра Дорин может оказаться в ее руках. И все-таки он не сдержался.

– Насчет завтра, – сказал он, продолжая следить за приготовлениями к казни.

– А я и не собиралась прикасаться, – небрежным, мурлыкающим тоном ответила она.

– Я не шучу. Принца трогать не смей.

Несарине было не до разговоров. Она сместила лук влево:

– Мне никак не прицелиться. Точного выстрела не получится.

Возле плахи стояли трое приговоренных. Их окружала дюжина караульных. Доски эшафота были густо окрашены кровью, впитавшейся в них за недели казней. Эшафот примыкал к громоздким башенным часам. Зрители нетерпеливо ждали, когда железная стрелка покажет шесть вечера.

– Думаешь, тебе удастся его спасти? – спросил Шаол, заставив себя повернуться к Аэлине.

– Возможно. Я попытаюсь.

Шаола задело бесстрастие в ее глазах и во всем облике. Возможно. Возможно, черт бы тебя подрал… королева!

– Дорин для тебя хоть что-то значит? Или же он пешка в игре за интересы Террасена?

– Не начинай, а?

Шаол решил, что она сказала все.

– Пойми, Шаол, его убийство было бы милосердием. Лучшим подарком.

– Я не могу стрелять отсюда, – повторила Несарина, уже резче.

– Только тронь его, и я позабочусь, чтобы эти твари нашли Эдиона.

Несарина молча повернулась к ним, опуская лук. Шаол понимал: он сейчас выглядит редкостным идиотом, но другой карты у него не было. Оставалось разыгрывать эту.

Гнев в глазах Аэлины был способен вызвать конец света.