Королевство гнева и тумана

Тамлин стукнул кулаком по столу, выдвинул когти, однако они меня не испугали. Я подалась вперед, схватившись руками за край стола:

– Ты до сих пор не представляешь, каково мне было месяцами жить впроголодь. Каждую зиму нам угрожала голодная смерть. Можешь сколько угодно называть эту фэйри обжорой, но у меня тоже есть сестры. Я помню, что значит возвращаться домой с пустыми руками, не добыв никакого пропитания.

Я заставила себя успокоиться, но неведомая сила бурлила во мне, перехлестывая через край.

– Возможно, эта фэйри глупейшим образом растратит деньги.

Ласэн откашлялся:

– Тамлин, Фейра не хотела тебя обидеть.

– Без тебя знаю, что не хотела, – резко ответил Тамлин.

Ласэн выдержал его взгляд.

– Мы знавали худшие события и не застрахованы от них в будущем. Успокойся. Ничего трагического не случилось.

В изумрудных глазах Тамлина плясал неистовый огонь, угрожая сжечь все вокруг.

– Разве я спрашивал твое мнение?

От этих слов, от его взгляда, брошенного на Ласэна, и от того, как Ласэн послушно опустил голову, в моих жилах снова вспыхнула огненная река. «Ласэн, подними же голову, – мысленно умоляла я его. – Поставь его на место. Мы правы, а он ошибается». Ласэн стиснул зубы. Неведомая сила вновь заметалась во мне, готовая выплеснуться на Ласэна. «Да не опускай ты головы!»

А потом я исчезла.

Я оставалась в столовой, я по-прежнему смотрела своими глазами, но одновременно видела помещение под другим углом, будто сидела на другом стуле.

В меня хлынул поток мыслей, образов и воспоминаний. Мысли и чувства были давними, умными и печальными. Невыразимо печальными, пропитанными безнадежностью и чувством вины…

Это продолжалось совсем недолго. Я вернулась в себя, безотрывно глядя на Ласэна.

Его голова. Я побывала в его голове! Проскользнула через стены его разума.

Я встала, бросив салфетку на стол.

Я знала, от кого получила этот дар. То немногое, что я успела съесть, грозило выплеснуться наружу. Усилием воли я подавила рвотный позыв.

– Мы еще не закончили обедать, – прорычал Тамлин.

– Приятного аппетита! – в тон ему рявкнула я и ушла.

Я могла поклясться: под салфеткой остались выжженные следы моих рук. И надеялась, что никто больше их не заметил. А еще я надеялась, что Ласэн не почувствовал вторжения в его разум.