Все цветы Парижа

Это он – тот человек, который приходил в нашу лавку.

Прежде чем я успела объяснить это Люку, офицер подошел к нашему столику. Люк встал – французские офицеры полиции были обязаны выражать респект перед немцами.

– Добрый вечер, месье, – сказал он. – Простите, мы знакомы?

Офицер усмехнулся.

– Нет, но я знаком с вашей дамой. – Он глядел на меня как на качественный стейк, который ему подали на тарелке под выпуклой, прозрачной крышкой.

Люк с недоумением поглядел на меня, потом опять на офицера.

– О да, здравствуйте, – сказала я как можно спокойнее и вежливее.

– Точно, обслуживали, – усмехнулся офицер и протянул руку к недопитому вину Люка. – Можно попробовать?

Приняв молчание Люка за согласие, сделал глоток.

– Очень приятное, – одобрил он, поставив бокал. – Я недавно увез грузовик этого винтажа у вашей матери. – Он обвел взглядом бистро с его фирменными темно-красными стенами и полированной бронзовой окантовкой. – У нее отменный ресторан.

– Да, – подтвердил Люк. Его голос звучал ровно и без эмоций.

– Что ж, – сказал офицер, отойдя на шаг и переключив выражение лица, как это мог делать только очень хороший актер. Только что пугающий и грозный, теперь он стал даже любезным. – Оставляю вас с вашей очаровательной подружкой. – Он смерил меня долгим взглядом и снова обратился к Люку: – Вы счастливый мужчина.

Люк кивнул с мрачным лицом.

Офицер подал ему руку.

– Курт Рейнхард.

– Люк Жанти.

– Да, я уже это знал, – сказал офицер таким тоном, что у меня пробежала по телу дрожь.

Мы молчали, а офицер и его спутники подошли к столику мадам Жанти. Нам не было слышно, о чем они говорили, но мы видели ее оживленное лицо, словно к ней зашли Граучо Маркс и другие представители голливудской элиты.

Когда через несколько минут немцы ушли, весь ресторан вздохнул с облегчением, даже его стены.

– Не к добру это, – заметил Люк.

Хотя встреча оставила у меня во рту скверный привкус, я не хотела, чтобы Люк тревожился еще сильнее.

– Давай выбросим тот инцидент из головы, не позволим ему испортить наш вечер, – сказала я. – Ничего особенного – какой-то офицер узнал меня, потому что покупал у нас цветы. Все они так делают.

– Нет, – возразил Люк. – Этот не такой, как все.

– Конечно, – продолжала я. – У него эго размером с Эйфелеву башню, но…

– Нет, – перебил он меня. – Я видел на прошлой неделе, как он в девятом округе избил старушку.