Башня рассвета

 – Иногда я жалею, что Сильба ниспослала мне свой дар.

Ириана замерла. Такое признание она слышала впервые.

Целительница наконец повернулась к ней и, кажется, узнала.

– А с тобой это бывало? – спросила она, вложив в вопрос всю силу переживаемого горя.

Нет. Никогда. Даже когда ей кусал глаза дым костра, на котором сжигали ее мать, и она знала, что не в силах остановить это зверство. Ириана ни разу не чувствовала ненависти к своему дару. Все эти годы он спасал ее от одиночества. Даже когда адарланский король задушил магию, Ириана ощущала присутствие богини, словно плеча касалась теплая невидимая рука.

Целительница смотрела на Ириану, ища в ее глазах желаемый ответ. Ответ, который Ириана не могла дать. Она еще раз стиснула руку целительницы и молча продолжала смотреть в темноту.

«Ты должна войти туда, куда боишься ступить».

Ириана знала: это придется сделать.

– Ты по-прежнему в кресле? Неужели Ириана еще не поставила тебя на ноги?

Шаол повернулся в сторону Хасары, радуясь, что они не сидят рядом. Ветер из открытых окон нес прохладу и пах дождем. От его дуновения белые траурные лоскуты шелестели громче обычного.

Кашан и Сартак поглядели на принцессу. Последний – хмуро, с явным неодобрением.

Понимая, сколько ушей ловят его ответ, Шаол тщательно подбирал каждое слово.

– Какой бы талантливой ни была Ириана, она едва приступила к лечению. Вероятно, оно окажется долгим. Сегодня она намеревалась поискать необходимые сведения в библиотеке Торры.

Губы Хасары сложились в ядовитую улыбку.

– Что ж, это продлит нам удовольствие лицезреть тебя у нас во дворце.

«По своей воле я бы не провел тут ни одной лишней минуты», – мысленно ответил ей Шаол.

Вслух он не сказал ничего. Зато ответила Несарина. Она снова побывала у родных, что благотворно повлияло на ее настроение.

– Нужно использовать любую возможность укрепить связи между нашими государствами.

– Разумеется, – буркнула Хасара, утыкаясь в тарелку со щедро перченым кушаньем из помидоров и какого-то местного овоща.

Улыбчивой Рении за столом не было. Ириана тоже не пришла. Шаолу вспомнился ее страх при осмотре его раны. Шаол почти чувствовал вкус этого страха. Но Ириана обуздала себя – силой воли, а может, силой характера.