Место встреч и расставаний

– Эй, Златовласка, – позвал Большой Эл. – Мистер Лео ищет тебя.

Питер подскочил с ящика с луком, на котором он сидел, наспех запихивая последний кусок мяса в рот. Независимо от того, что теперь он ел довольно мало, он не мог отказаться от гамбургеров; и ему повезло, потому что Большой Эл целыми днями лепил, как конвейерная линия, для него котлеты. «После того что с тобой сделали нацисты, на тебе мяса не больше, чем на цыплячьем крылышке! Мы тебя немного откормим».

Лео обнаружил Питера в углу и поманил к себе.

– Паренек, – сказал он, – пойдем со мной.

Он повел Питера из окутанной паром кухни через заднюю часть ресторана в свой крошечный кабинет. В этой комнате тоже было жарко: забранный черной проволокой вентилятор шуршал календарем с красоткой, пряча и открывая Мисс Сентябрь 1945, словно играл с ней в «Кто там?», но практически не разгонял спертый воздух.

Лео сел на край своего стола и грустно посмотрел на Питера, который сжал кулаки и боролся с соблазном встать по стойке смирно.

Он жалел, что хотя бы не снял передник, покрытый пятнами кетчупа и соуса «Тысяча островов».

– Паренек, – проговорил Лео, – нам придется с тобой расстаться.

С минуту Питер не мог осмыслить услышанное. Он крутил сказанное в голове и так и эдак – расстаться? Остаться? – а в это время в его голове мелькал образ тянущейся к нему белой на зимнем солнце руки его дочери – Джинджер, а не Виви, – на платформе сортировочной станции Грюнвальда.

– Прошу прощения, – наконец произнес Питер.

 – Я не уверен, что понял.

Лео указал на руку Питера.

– Это из-за нее. Посетителям она не нравится. Они чувствуют себя неуютно.

– Ach, – начал он по-немецки, но тут же поправился, – а, вот оно что.

Он вспомнил, как вчера на его татуировку смотрела женщина – Doppelg?nger его матери, и тут же опустил рукав, чтобы спрятать ее – зеленую метку, похожую на укус очень маленького зверька.

– Извините, Лео, – проговорил он. – У меня смена еще не началась, но… я буду аккуратнее. Я буду носить рубашку вот так… видите?

– Хотел бы я, чтобы было все так просто, паренек, – покачал головой Лео, – но это место не для тебя.

Если бы дело было только в той, вчерашней, даме, но я не впервые слышу эту жалобу. Многие наши посетители говорили, что у них портится аппетит. Из-за того, что они думают об этом… ну… пока едят.

У Питера заполыхали уши, как будто Лео ударил по ним кулаком – как это любил делать с неуклюжими подчиненными шеф-повар «Адлона».